Артём прочитал и побледнел.
– Я.. я не знал, что она тебе написала.
– А должна была я узнать от неё, а не от тебя? – Катя положила телефон на стол. – Артём, мы с тобой десять лет вместе. У нас ребёнок, общий быт, общие планы. Но если мы не можем уважать личные границы друг друга в таких простых вещах, как деньги… что будет дальше?
Он молчал долго. Потом взял её руку.
– Ты права. Полностью права. Я повёл себя глупо. И мама… я с ней поговорю. Объясню, что так нельзя.
– Не объясняй, – тихо сказала Катя. – Просто больше не делай. А я.. я подумаю, как нам теперь жить с финансами. Чтобы никто не чувствовал себя обиженным. И чтобы никто не решал за другого.
Артём кивнул. В его глазах было искреннее раскаяние, но Катя знала своего мужа – он добрый, мягкий, всегда готов помочь. Особенно матери. И пока свекровь будет нажимать на нужные кнопки, такие ситуации могут повторяться.
На следующий день Катя пришла с работы чуть раньше. Тима был в школе, Артём ещё на работе. Она села за ноутбук и открыла банковское приложение. Создала новый счёт. Только на своё имя. Перевела туда остаток зарплаты и все накопления, которые считала своими.
Потом написала Артёму сообщение:
«Нужно серьёзно поговорить вечером. О деньгах. И о границах».
Ответ пришёл почти сразу:
«Хорошо. Я всё понял. Люблю тебя».
Катя отложила телефон и пошла готовить ужин. В голове крутилась мысль, что этот разговор будет непростым. Но необходимым. Потому что, если не поставить точку сейчас, потом будет только хуже.
А вечером, когда Тима уже делал уроки в своей комнате, а на столе остывал ужин, раздался звонок. Свекровь.
– Катенька, здравствуй, – голос был, как всегда, бодрый и немного властный. – Артём сказал, что ты немного расстроилась из-за денег. Но ты же не сердишься? Всё-таки мы одна семья, а в семье…
Катя глубоко вдохнула. Похоже, разговор начнётся раньше, чем она планировала. И закончится совсем не так, как ожидает свекровь…
– Катенька, ты меня слушаешь? – голос свекрови в трубке звучал так, будто ничего особенного не произошло. – Я просто хотела сказать, что уже купила новый холодильник. Хороший такой, с Ноу Фрост, давно мечтала. И лекарства взяла на три месяца вперёд. Спасибо вам огромное.
Катя прижала телефон к уху плечом, продолжая резать овощи для салата. Нож двигался ровно, медленно, чтобы не сорваться.
– Радостно за вас, Тамара Ивановна, – ответила она спокойно. – Только в следующий раз, пожалуйста, обращайтесь напрямую ко мне, если вам что-то понадобится от моих денег.
Повисла пауза. Та самая, которую Катя научилась распознавать ещё в первые годы брака: свекровь собиралась с духом для «воспитательной» речи.
– Ой, Катюша, ну что ты сразу так официально, – наконец рассмеялась Тамара Ивановна, но смех вышел натянутым. – Мы же одна семья! У нас с Артёмом никогда не было «твоё-моё». Когда он маленький был, я последнюю копейку на него тратила, а теперь он мне помогает – это же естественно.
– Естественно, когда просят у него его деньги, – мягко заметила Катя. – А когда берут мои – это уже не совсем естественно.
– Да господи, какие церемонии! – свекровь повысила голос. – Ты что, жалеешь для меня двадцати пяти тысяч? Я ведь не на шубу потратила, на лекарства!
Катя выключила плиту и села за стол.
– Тамара Ивановна, я не жалею. Я просто хочу, чтобы в нашей семье уважали личные границы. Мои деньги – это мои деньги. Если Артём хочет помогать вам из своей зарплаты – пожалуйста. Но мои премии, мои подарки, мои накопления – это только моё решение.
– Ну и ну, – протянула свекровь. – Вот так времена настали. Невестка родному мужу счёты выставляет. В наше время…
– В ваше время было другое время, – тихо перебила Катя. – А сейчас у меня своя зарплата, свой вклад в семью, и я имею право решать, куда идут мои личные деньги.
– Ладно, – внезапно сдалась Тамара Ивановна. – Не буду я с тобой спорить. Позови лучше Артёма, мне с ним надо поговорить.
– Артём на работе, – ответила Катя. – И будет поздно. Но я ему всё передам.
Она положила трубку и долго сидела неподвижно. В груди стоял комок – не злость даже, а усталость. Усталость от того, что каждый раз приходится объяснять очевидное.
Вечером Артём пришёл раньше обычного. Видно было, что день выдался тяжёлый: галстук ослаблен, в глазах тревога.
– Мама звонила на работу, – сказал он вместо приветствия, снимая куртку. – Сказала, что ты с ней холодно разговариваешь и что я должен «поставить тебя на место».
Катя только кивнула. Она уже накрыла на стол, разлила суп по тарелкам.
– Садись есть. Потом поговорим.
Тима носился по квартире с новым конструктором – бабушка (со стороны Кати) подарила на прошлой неделе. Он был счастлив и громко рассказывал папе, как будет строить космическую станцию.
