– Какие документы? – спросила она, не приглашая войти.
Он сделал шаг вперёд, потом остановился.
– Можно войду? Пять минут. Потом уйду, если скажешь.
Ольга посторонилась. Они прошли на кухню – привычное место для всех серьёзных разговоров.
Сергей положил папку на стол и открыл её дрожащими пальцами.
– Вот. Это заявление на развод. Я уже подписал. И отказ от каких-либо претензий на твою квартиру. Нотариус заверил. И ещё… – он достал второй комплект бумаг, – это договор дарения. Родители переоформили на тебя ту маленькую квартиру в области, которая от тёти осталась. Они её сдавали, помнишь? Теперь всё твоё. Деньги с аренды будут приходить тебе на счёт.
Ольга смотрела на бумаги, не веря глазам. Она взяла листок с договором дарения – подписи родителей, печати, всё по-настоящему.
– Зачем? – только и смогла выдохнуть.
Сергей опустился на стул, будто ноги перестали держать.
– Потому что так правильно, Оля. Мы с родителями много говорили. По-настоящему, впервые за всю жизнь. Мама плакала, папа молчал, а я… я наконец понял, сколько всего я у тебя забрал. Не только деньги. Время. Силы. Мечты. Ты хотела ребёнка – я говорил «подождём, сейчас не время». Ты хотела съездить в Италию – я тратил премию на очередной «проект». Ты хотела спокойствия – я привозил проблемы.
Он говорил тихо, но каждое слово падало тяжело, как камень.
– Я не прошу прощения. Знаю, что поздно. Просто хочу, чтобы ты хотя бы материально ничего не потеряла из-за нас. Эта квартира в области – не компенсация, конечно. Но хоть что-то. Аренда там тысяч двадцать пять в месяц выходит. На жизнь хватит, если вдруг…
– Сергей, – Ольга прервала его, голос дрогнул. – Почему сейчас?
Он поднял глаза. В них стояли слёзы, но он не отводил взгляд.
– Потому что мама в больнице была не из-за давления. У неё онкология. Ранняя стадия, но лечение дорогое. Очень. И я понял: если я сейчас снова приду к тебе за помощью, я останусь тем же мальчишкой, которого родители всю жизнь вытаскивали. А я хочу быть мужчиной. Таким, чтобы ты когда-нибудь смогла мной гордиться. Даже если мы будем в разводе.
Ольга почувствовала, как внутри всё сжалось. Валентина Петровна… Эта громкая, властная женщина, которая всегда казалась несокрушимой…
– Как она? – спросила тихо.
– Борется. Лечение начали. Я работаю на двух работах теперь. Днём экспедитор, вечером грузчиком в супермаркете. Папа тоже подрабатывает – машины во дворе моет, охраняет что-то по ночам. Мы справимся. Без тебя справимся.
Он встал, положил ручку на бумаги.
– Подпишешь, когда будешь готова. Я всё оставлю. И.. спасибо, Оля. За эти десять лет. За то, что пыталась меня спасти. Прости, что не получилось сберечь нас.
Сергей пошёл к двери. Уже в коридоре обернулся.
– Если вдруг… когда-нибудь… захочешь просто чаю попить, поговорить – я всегда буду рад. Без претензий. Просто как человек, который тебя очень любит.
Дверь закрылась. Ольга осталась с папкой на столе.
Она сидела долго. Потом открыла договор дарения, перечитала каждую строчку. Позвонила нотариусу – всё действительно, всё законно. Потом набрала номер Валентины Петровны.
– Оленька… – голос свекрови был слабым, но тёплым. – Ты не обязана…
– Валентина Петровна, – Ольга говорила спокойно, – я приеду завтра в больницу. С собой привезу фрукты и.. и мы поговорим. Не как невестка со свекровью. А как две женщины, которые обе любили одного и того же человека. По-разному, но любили.
На том конце трубки долго молчали, потом тихо всхлипнули.
– Спасибо, доченька…
Ольга стояла на балконе той самой маленькой квартиры в области, которую родители Сергея подарили ей. Она её отремонтировала, сдала хорошим людям и теперь получала стабильный доход – помимо зарплаты. Путешествовала. Побывала в Италии – одна, с рюкзаком за плечами. Записалась на танцы. Завела кота – большого рыжего лентяя по кличке Рублик.
С Сергеем они иногда перезванивались. Валентина Петровна прошла лечение, ремиссия. Они жили скромно, но достойно. Сергей вырос – по-настоящему. Стал начальником смены, вернул все долги, даже начал копить на свою маленькую студию.
Иногда они встречались в кафе – просто поговорить. Без прошлого, без претензий. Два взрослых человека, которые когда-то очень любили друг друга и смогли отпустить.
Ольга смотрела на закат и улыбалась. Жизнь оказалась гораздо шире, чем одна квартира, один мужчина, одна семья. И в этой новой, большой жизни у неё наконец-то появилось место для себя.
А в глубине души она знала: если когда-нибудь она встретит кого-то нового, то уже никогда не позволит раствориться в чужих проблемах. Потому что теперь она точно знала свою цену.
И это было самым дорогим подарком, который она получила от всей этой истории.
