— Мы собрались ради справедливости, Лена. Ты же сама в чате писала, что я вас «обобрала», — Ольга села напротив, открыла папку и достала калькулятор. Ее движения были скупыми и точными.
— Ой, ну не начинай, — отмахнулась золовка. — Просто верни нам по тысяче каждому, и мы забудем. Мы же видим: икры было мало, горячее — курица, а не семга. Экономила? Экономила.
Ольга надела очки для работы.
— Давайте посчитаем. Вера Павловна, вы сказали, что скидывались по три тысячи. Итого с вас — пятнадцать тысяч рублей. Верно?
— Верно, — поджала губы свекровь. — А на столе, дай бог, на десятку стояло.
— Открываем чеки, — Ольга выложила перед родственниками веер фискальных документов, аккуратно подклеенных на листы А4. — Продукты: семнадцать тысяч четыреста рублей. Алкоголь: восемь тысяч двести. Итого: двадцать пять тысяч шестьсот рублей.
В кухне повисла тишина. Николай Степанович крякнул.
— Это ты где такие цены нашла? — взвизгнула Лариса Ивановна. — В «Азбуке Вкуса», что ли? Можно было в оптовом взять!
— Я брала качественные продукты. Но это только начало, — Ольга не повышала голоса. — Теперь перейдем к статье «Распределение потребления». В бухгалтерии это называется «центры затрат».
Она достала второй лист, расчерченный в таблицу.
— Борис, — обратилась она к дяде. — Вы выпили бутылку коньяка «Арарат» (две тысячи рублей) и бутылку водки «Финляндия» (тысяча двести). Съели примерно шестьсот грамм буженины, которую я запекала сама. Икры, по моим подсчетам, вы съели пять бутербродов.
— Ты что, куски у меня во рту считала?!
— Я считаю бюджет. Вы же хотели справедливости? — Ольга перевела взгляд на золовку. — Лена. Ты пришла с пустыми руками, но ушла с двумя полными пакетами. «Нам с собой чуть-чуть, мужу на завтрак». В пакетах были: половина утки, контейнер оливье, нарезка сыров (пармезан и камамбер), бутылка шампанского и коробка конфет, которую подарили мне коллеги. Рыночная стоимость твоего «чуть-чуть» — четыре тысячи рублей.
Елена открыла рот, но звука не издала. Она начала краснеть пятнами.
— Вера Павловна, — продолжила Ольга безжалостно. — Вы весь вечер громко возмущались, что заливное не застыло, но съели две порции. И еще, помнится, вы случайно разбили мой бокал из богемского стекла. Стоимость — восемьсот рублей. Я его в смету праздника не включала, но раз уж мы о справедливости…
Ольга быстро застучала по клавишам калькулятора.
