— Вот именно так это и прозвучало, — негромко добавила Ирина.
— Я лишь назвала вещи своими именами! — Светлана Павловна резко выпрямилась, и в её голосе появилась обиженная звонкость. — Там будет мой руководитель, начальник департамента. Скажи, о чём твой отец станет с ним беседовать? О картошке с дачи? Ты пойми, это не обычные посиделки, а серьёзный вечер для всей семьи. Дмитрий меня поддерживает, он прекрасно понимает, как важны нужные знакомства. Всё уже согласовано, гостей предупредили. Не надо сейчас раздувать ссору из ничего.
Ирина не стала отвечать тем же. Она понимала: спорить бесполезно. Перед ней была не просто женщина со своим мнением, а стена, сложенная из самоуверенности, привычки командовать и полной убеждённости в собственной правоте.
— Хорошо, — сказала она ровно. — Вы правы. Праздник портить не будем. До свидания.
Она вернулась в комнату. Дмитрий сидел на диване с растерянной улыбкой, будто заранее надеялся, что всё само собой уладится. Конфликтов он не переносил и всегда ждал, что кто-то другой сгладит острые углы.
— Ну как? Нормально поговорили? — осторожно спросил он.
— Нормально, — ответила Ирина. — Ложись. Завтра день будет длинный.
В пятницу утром, как только Дмитрий уехал, Ирина одела Матвея, усадила его в машину и отправилась в центр. В ресторане пахло свежесваренным дорогим кофе и полированной мебелью. Администратор, молодой мужчина с идеально завязанным галстуком, внимательно выслушал её просьбу.
— Я хочу отменить субботний банкет, — сказала Ирина и положила перед ним чек. — Предоплата была с моей карты. Оформите возврат.
Он открыл программу, несколько секунд сверял данные, потом чуть заметно нахмурился.
— Полностью сумму вернуть не получится. Часть удерживается за подготовку зала и заказ продуктов. Остальное поступит на карту в течение трёх рабочих дней.
— Меня устраивает, — спокойно кивнула она.
На улице яркое зимнее солнце слепило глаза. Ирина остановилась у машины и набрала отца.
— Пап, завтра мы к вам приедем. Доставай шампуры, маринуй мясо. Отмечать будем дома.
— Подожди, а ресторан? — не сразу понял Виктор Леонидович.
— Ресторана не будет, — коротко сказала она.
В субботу Дмитрий вышел из спальни полностью готовый: строгий костюм, галстук, аккуратная укладка. В прихожей он увидел Ирину в джинсах и тёплом свитере. Рядом уже стояла сумка, а в автолюльке лежал Матвей.
— Ир, ты что это? Нам через час выезжать. Тебе же ещё платье надеть, накраситься…
— Я уже готова, Дмитрий. Банкет отменён. Мы едем к моим родителям и будем праздновать нормально, по-семейному.
Он побледнел так резко, будто у него выбили воздух из груди. Через секунду лицо налилось красным, и слова посыпались торопливо, неровно:
— Ты вообще понимаешь, что натворила? Мама пригласила всех: начальника департамента, Андрея Сергеевича, остальных гостей! Что она теперь им скажет? Как ей это объяснять?
Ирина смотрела на него без злости. Она видела не ярость, а страх. Дмитрий боялся не испорченного вечера, а материнского гнева и того беспорядка, который неизбежно ворвётся в их привычную, вылизанную до блеска жизнь. Он всегда отступал перед ссорами, всегда делал вид, что всё в порядке, даже когда внутри уже давно трещало.
— Дмитрий, — произнесла она очень спокойно.