Она несколько секунд молча смотрела на чемодан, будто не верила собственным глазам.
— Ты что, с ума сошла?
— Возможно, — спокойно ответила Мария и поставила чемодан у входной двери.
— Мария! Мария, немедленно вернись! Что за глупости ты устраиваешь?
Но Мария уже надевала пальто. Наталья Сергеевна засуетилась, бросилась за ней, попыталась схватить за рукав, то преграждая дорогу, то отступая назад.
— Ты хоть понимаешь, что творишь? Алексей этого не переживёт! А дети что скажут?
— Дети взрослые, — ровно произнесла Мария. — Разберутся.
— Ты ненормальная! Совсем ненормальная! И всё из-за одного разговора?
Мария остановилась и медленно обернулась.
— Одного? Наталья Сергеевна, вы так разговариваете со мной тридцать пять лет.
— Я с тобой всегда говорила как положено!
— Как положено? — Мария невесело усмехнулась. — А помните, когда Дмитрий заболел? Два года назад?
— И что?
— Я три недели провела с ним в больнице. А вы сказали Алексею, что я специально там сижу, лишь бы от домашних дел увильнуть.
— Ничего подобного я не говорила!
— Говорили. И не кому-нибудь, а мне самой. А когда Екатерина защищала диплом, помните? Она купила себе новое платье, радовалась, такая красивая была. А вы заявили: зачем деньги тратить, если родители у неё прижимистые.
Наталья Сергеевна вспыхнула.
— Это… это было совсем не так!
— Именно так и было. И таких случаев — сотня. Сотня, Наталья Сергеевна.
В замке щёлкнул ключ. Дверь открылась, и домой вошёл Алексей.
— Всем привет! — бодро сказал он из прихожей. — Сегодня пораньше… — Он осёкся, заметив чемодан. — Это что такое?
— Твоя жена окончательно рехнулась! — тут же выпалила Наталья Сергеевна. — Уходить собралась!
Алексей перевёл взгляд на Марию, потом на мать, затем снова посмотрел на чемодан.
— Мария, ты серьёзно?
— Абсолютно.
— Но почему? Что случилось?
— Ты правда не понимаешь?
— Нет.
— Алексей, — Мария опустилась на маленькую скамейку в прихожей. — Вчера ты разговаривал с матерью. Помнишь?
Лицо мужа заметно побледнело.
— Ты… слышала?
— Каждое слово. И про то, какая я неблагодарная. И про то, что меня надо поставить на место. И про то, что я тебя не ценю.
— Мария, всё было не так… мы не…
— Не что? — Она поднялась. — Не так сказали? Или говорили не обо мне?
— Мама просто была зла из-за вчерашнего…
— Из-за вчерашнего? — голос Марии сорвался. — Из-за того, что я не взяла трубку? Я в это время готовила вам обед! Ваш обед, Алексей!
— Мария, успокойся…
— Нет, не успокоюсь! Знаешь, в чём правда? Тридцать пять лет я была хорошей женой. Готовила, стирала, растила детей, заботилась о тебе. И что получила взамен?
— Что ты такое говоришь? У нас нормальная семья!
— Нормальная? — Мария горько рассмеялась. — Это нормальная семья, где муж за спиной обсуждает жену со своей матерью?
— Мы тебя не обсуждали!
— А чем вы тогда занимались? Погоду разбирали? — Она резко повернулась к свекрови. — А вы! Кто вы такая, чтобы решать, как мне жить?
— Я его мать! — возмущённо воскликнула Наталья Сергеевна.
— Его мать. Не моя. Я вам ничем не обязана.
— Ещё как обязана! Хотя бы уважением!
— За что? За унижения? За то, что вы лезете во всё? За то, что настраиваете сына против меня?
— Алексей! — Наталья Сергеевна схватилась за сердце. — Ты слышишь, каким тоном она со мной разговаривает?
— Слышу, — тихо ответил он.
— И что? Ты позволишь ей так со мной обращаться?
В прихожей повисла тяжёлая тишина. Мария смотрела на мужа и ждала. Сейчас всё решится. Сейчас он сделает выбор.
— Мама, — наконец произнёс Алексей. — Наверное, тебе действительно не стоило…
— Что не стоило? — не поверила она.
— Так говорить о Марии.
— То есть ты теперь на её стороне?
— Я не на чьей-то стороне. Просто… она моя жена. Уже тридцать пять лет моя жена.
Наталья Сергеевна открыла рот, закрыла, потом снова попыталась что-то сказать, но слова будто застряли.
— Прекрасно! — наконец выдавила она. — Значит, я вам больше не нужна!
— Мама, при чём тут это?
— При том, что я всю жизнь ради вас жила! А теперь… — Она резко схватила сумку. — Хорошо! Живите без меня!
Дверь хлопнула так, что в прихожей дрогнуло зеркало. Алексей и Мария остались вдвоём.
— Мария, — он шагнул к ней. — Зачем было доводить до такого? Она ведь уже пожилой человек…
— Алексей, — произнесла Мария, и в её голосе слышалась усталость.
