— Я знала, что вы будете сопротивляться, — Галина Андреевна прошла в гостиную и уселась на диван. — Вы же не понимаете, что для вас лучше. Особенно Марина со своими странными идеями о независимости.
Невестка сжала кулаки. Вот уже пять лет она терпела выпады свекрови, но это было слишком.
— Мои странные идеи? — она шагнула вперёд. — Вы имеете в виду желание жить своей жизнью? Самим решать, где нам жить?
— Ты всегда была слишком гордой, — Галина Андреевна смерила её холодным взглядом. — Не ценишь то, что я делаю для вашей семьи.
— Что вы делаете? — Марина не сдержала саркастического смеха. — Контролируете каждый наш шаг? Приходите без предупреждения? Критикуете всё, что я делаю?
— Я забочусь о своём сыне! — свекровь повысила голос. — И о его будущем! Вы живёте в этой квартире уже пять лет, а детей всё нет. Может, дело в атмосфере?
— Мама! — Дмитрий покраснел. — Это не твоё дело!
— Как это не моё? — Галина Андреевна вскочила с дивана. — Я хочу внуков! Имею право! И если для этого нужно переселить вас в нормальный дом, я это сделаю! Марина почувствовала, как внутри что-то лопнуло. Годы молчаливого терпения, проглоченных обид, невысказанных слов — всё вырвалось наружу.
— Да как вы смеете! — она почти кричала. — Это наша жизнь! Наша семья! Вы не имеете права решать за нас!
— Я имею все права! — парировала свекровь. — Я вложила деньги в эту квартиру!
— Это был подарок! — напомнила Марина. — Вы сами так говорили на нашей свадьбе!
— Подарок не означает, что я должна молча смотреть, как вы губите свою жизнь в этой бетонной коробке!
Дмитрий встал между двумя женщинами.
— Хватит! Обе! Мама, Марина права. Ты не имела права выставлять квартиру на продажу без нашего согласия.
— Димочка, — Галина Андреевна мгновенно сменила гнев на милость, — ты же умный мальчик. Подумай сам — разве плохо жить в собственном доме? С садом, где будут играть дети?
— Мама, мы сами решим, где нам жить и когда заводить детей, — твёрдо сказал Дмитрий.
— Сами? — свекровь горько усмехнулась. — Вы даже ремонт нормальный сделать не можете! Живёте как студенты!
— Нам нравится, как мы живём, — Марина взяла мужа под руку. — Это наш дом, обустроенный по нашему вкусу.
— По твоему вкусу, ты хотела сказать, — Галина Андреевна смерила невестку презрительным взглядом. — Эти ужасные шторы, эта мебель из масс-маркета…
— Прекрати, мама, — Дмитрий повысил голос. — Не смей оскорблять мою жену.
Галина Андреевна отшатнулась, словно сын её ударил.
— Так вот как… Она настроила тебя против родной матери.
— Никто никого не настраивал, — устало сказал Дмитрий. — Мама, пойми, мы взрослые люди. Нам тридцать лет. Мы способны сами принимать решения.
— Взрослые? — свекровь скептически хмыкнула. — Взрослые люди не живут в ипотечной квартире на окраине города. Взрослые люди думают о будущем, о детях!
— Мы думаем, — тихо сказала Марина. — Просто наши планы не совпадают с вашими.
Галина Андреевна резко повернулась к ней.
— Планы? Какие у тебя могут быть планы? Ты даже готовить нормально не умеешь! Я видела, чем ты кормишь моего сына — полуфабрикаты и фастфуд!
— Я прекрасно готовлю, — возразила Марина. — Просто не по вашим рецептам столетней давности.
— Ах так? — свекровь побагровела. — Значит, мои рецепты тебе не подходят? А что подходит? Твоя карьера? Да, я знаю, что ты опять устроилась на работу, хотя я советовала сосредоточиться на семье!
— Я люблю свою работу, — Марина выпрямилась. — И не собираюсь её бросать.
— Вот поэтому у вас и нет детей! — выпалила Галина Андреевна. — Какая из тебя мать, если ты думаешь только о карьере?
Это было последней каплей. Марина почувствовала, как глаза наполняются слезами — не от обиды, а от ярости.
— Выйдите из нашего дома, — сказала она ледяным тоном. — Немедленно.
— Что? — свекровь опешила. — Ты смеешь выгонять меня?
— Да, смею. Это мой дом. И я не позволю вам больше меня оскорблять.
— Дима! — Галина Андреевна повернулась к сыну. — Ты позволишь ей так со мной разговаривать?
Дмитрий тяжело вздохнул.
— Мама, Марина права. Тебе лучше уйти. Мы все на эмоциях, давай поговорим позже.
— Позже? — свекровь смотрела на сына, как на предателя. — Я пытаюсь помочь вам, а вы… Хорошо! Живите в своей берлоге! Но не приходите потом ко мне за помощью!
Она схватила сумочку и направилась к выходу, но у двери обернулась.
— И кстати, документы на квартиру у меня. Как созаёмщик, я имею определённые права. Так что подумайте хорошенько.
Дверь хлопнула. Марина и Дмитрий остались одни в наступившей тишине.
— Она не могла… — начала Марина, но Дмитрий покачал головой.
— Могла. Помнишь, мы подписывали кучу бумаг в банке? Я тогда не вчитывался, доверял маме…
Марина опустилась на диван. Вся ситуация казалась сюрреалистичной.
— Сначала позвоним юристу, — решил Дмитрий. — Выясним, какие у неё реальные права. А потом… Потом будем думать.
Он сел рядом с женой и обнял её.
— Прости. Я должен был раньше поставить маму на место.
— Не вини себя, — Марина прижалась к его плечу. — Она твоя мать, ты любишь её. Это нормально.
— Любить — да. Но позволять манипулировать нами — нет.
Телефон Марины зазвонил. Незнакомый номер.
