— Более чем. Знаешь, я долго думала, что проблема во мне. Что я недостаточно хорошая хозяйка, недостаточно умная, красивая, образованная. Но сегодня я поняла — проблема в том, что ты никогда не видел во мне равного партнёра. Для тебя я всегда была на втором месте после твоей матери.
— Правда? Тогда почему ты промолчал, когда она назвала меня бесплодной? Почему не сказал ей, что это ты не хочешь детей?
Максим застыл. В комнату заглянула Галина Петровна. — Что? О чём она говорит, Максим?
Лариса горько усмехнулась.
— Расскажи ей, дорогой. Расскажи своей маме, как два года назад сказал мне, что не готов к детям. Что карьера важнее. Что нужно подождать. А я, дура, согласилась. Принимала противозачаточные и молчала, когда твоя мать обвиняла меня в бесплодии.
— Максим, это правда? — голос Галины Петровны дрогнул.
Он молчал, опустив голову.
— Я защищала тебя, — продолжала Лариса, застёгивая сумку. — Не говорила правду, чтобы не разрушать твои отношения с матерью. А ты? Ты позволил ей унижать меня, зная, что сам во всём виноват.
Лариса взяла сумку и пошла к выходу. В прихожей обернулась.
— Знаете, Галина Петровна, вы были правы в одном. Я действительно вам не пара. Потому что я выше этого. Выше лжи, манипуляций и трусости. Оставайтесь вдвоём со своим сыном. Вы друг друга стоите.
Она вышла из квартиры, не оглядываясь. Спустилась по лестнице, вышла на улицу. Холодный осенний воздух обжёг лицо, но Лариса вдруг почувствовала невероятное облегчение. Словно тяжёлый груз свалился с плеч.
Достала телефон, набрала подругу Катю.
— Кать, можно я к тебе на пару дней?
— Конечно! Что случилось?
— Расскажу при встрече. Я еду.
В такси Лариса смотрела в окно на мелькающие огни города. Телефон разрывался от звонков Максима, но она не отвечала. Потом пришло сообщение от Галины Петровны: «Вернись. Нужно поговорить».
Лариса удалила сообщение, не читая до конца.
Катя встретила её с чашкой горячего чая и пледом.
Лариса рассказала всё. О годах унижений, о постоянных придирках свекрови, о том, как Максим никогда не защищал её. И о сегодняшнем скандале.
— Давно пора было, — сказала Катя. — Я всегда говорила, что эта семейка токсичная. Но ты всё терпела.
— Любила его. Думала, изменится. Повзрослеет, начнёт защищать нашу семью.
— Маменькины сыночки не меняются, подруга. Будешь разводиться?
— Да. Завтра же пойду к адвокату.
Ночью Лариса долго не могла уснуть. Пять лет жизни. Но были ли они потрачены зря? Она многому научилась. Научилась терпению, но также поняла, где проходит граница терпения. Научилась прощать, но также поняла, что не всё можно и нужно прощать.
Утром проснулась с ясной головой и чётким планом действий. Первым делом — к адвокату. Катя дала контакты хорошего специалиста.
— Развод по обоюдному согласию или будете делить имущество? — спросил адвокат, седой мужчина с добрыми глазами.
— Мне ничего не нужно. Только свобода.
— Это благородно, но вы имеете право на половину совместно нажитого имущества.
— Квартира записана на свекровь, машина тоже. Совместного у нас только долг по кредиту за ремонт.
Адвокат покачал головой.
— Типичная ситуация. Что ж, оформим всё быстро.
Через неделю Лариса уже снимала небольшую квартирку в спальном районе. Уютную, светлую, свою. Устроилась на новую работу — в крупную компанию, где давно звали, но Максим был против. Говорил, что жена должна быть дома к его приходу.
Максим пытался встретиться, названивал, приходил к Кате. Но Лариса была непреклонна.
— Дай мне ещё один шанс, — умолял он при случайной встрече у адвоката.
