– Я просто боюсь, что она опять начнёт… ну, ты понимаешь.
– Я понимаю, – Ольга погладила его по щеке. – Но ты взрослый мужчина. Ты уже один раз поставил границы. Сможешь и второй.
Алексей кивнул, но в глазах всё равно мелькнула тревога.
– Я вернусь завтра к обеду. И вечером мы куда-нибудь сходим, только вдвоём. Обещаю.
Когда за ним закрылась дверь, Ольга выдохнула. Тишина в квартире была почти осязаемой – приятной, уютной, своей. Она открыла балкон, впуская прохладный ноябрьский воздух, и впервые за долгое время почувствовала, что дом снова принадлежит ей.
Алексей вернулся в воскресенье вечером уставший, но странно довольный.
– Всё хорошо? – спросила Ольга, встречая его в коридоре.
– Лучше, чем я думал, – он снял куртку и обнял её. – Мама… она другая. Правда. Спрашивала про тебя, передавала привет. Даже рецепт твоего фирменного салата попросила.
Ольга удивлённо подняла брови.
– Серьёзно. Говорит, что поняла, как сильно тебя обидела. И что гордится, какая ты сильная и самостоятельная.
Ольга не знала, верить или нет, но в голосе мужа не было привычной защитной интонации – только искреннее удивление и тепло.
Прошла ещё неделя. Потом вторая. Жизнь входила в спокойное русло: Алексей стал чаще помогать по дому, сам ходил в магазин, даже научился готовить пасту, которой Ольга когда-то училась у подруги-итальянки. По вечерам они сидели на диване, пили чай и разговаривали – по-настоящему, как в первые годы.
А потом Тамара Ивановна позвонила сама.
– Оленька, здравствуй, – голос в труб Ольге показался непривычно мягким. – Не знаю, удобно ли просить… У меня день рождения на следующей неделе. Хотела бы вас обоих видеть. Если, конечно, ты не против.
Ольга замерла с телефоном у уха. Она ожидала чего угодно – упрёков, намёков, просьб приехать без неё, – но не этого тона.
– Конечно, Тамара Ивановна, – ответила она после паузы. – Мы приедем.
День рождения был в субботу. Они приехали с большим букетом и коробкой хорошего чая – Ольга знала, что свекровь его любит. Тамара Ивановна встретила их в дверях в новом платье, с аккуратной укладкой и лёгким макияжем. В квартире пахло пирогами и чем-то мясным.
– Проходите, детки, – она улыбнулась и, к удивлению Ольги, обняла её первой. – Рада тебя видеть, Оленька. Правда рада.
За столом собралось человек десять – старые подруги Тамары Ивановны, сестра с мужем, соседка. Ольга сидела рядом с Алексеем и чувствовала себя немного чужой, но свекровь всячески старалась её включить в разговор.
– А вот Оленька у нас главная по финансам в крупной компании, – гордо рассказывала она подругам. – Без неё мы бы с Лёшей до сих пор в съёмной квартире жили. Умница, каких поискать.
Ольга краснела и не знала, куда деть глаза. Это была совсем другая Тамара Ивановна – не та, что два месяца назад критиковала каждый её шаг.
После ужина, когда гости разошлись, свекровь попросила Ольгу остаться на кухне помочь с посудой – «по-женски поговорить».
– Оленька, – начала она, когда они остались вдвоём, – я много думала после того, как уехала. И поняла, какая я была дура. Всю жизнь привыкла, что сын – это мой сын. А потом появилась ты – красивая, умная, успешная. И я… испугалась. Подсознательно решила, что если буду тебя критиковать, то Лёша останется со мной. Глупо, да?
Ольга молча кивнула, продолжая складывать тарелки в посудомойку.
– Я привыкла всё контролировать, – продолжала Тамара Ивановна. – Муж рано ушёл, одна растила сына. И думала, что знаю, как лучше. А оказалось – нет. Ты лучше знаешь. И я счастлива, что у Лёши такая жена.
Она замолчала, вытирая руки полотенцем.
– Прости меня, если сможешь.
Ольга посмотрела на неё и вдруг почувствовала, как оттаивает что-то внутри.
– Я прощаю, – сказала она тихо. – И спасибо, что сказали это.
Они обнялись – неловко сначала, потом теплее. И Ольга поняла, что это не конец истории, а только начало чего-то нового.
По дороге домой Алексей всю дорогу держал её за руку.
– Ты видела лицо мамы, когда ты ей свой салат принесла? – улыбался он. – Она чуть не расплакалась от счастья.
– Я видела, – Ольга улыбнулась в ответ. – И знаешь… я рада, что мы приехали.
Дома, когда они уже легли спать, Алексей вдруг сказал в темноту:
– Оля… я тут подумал. А давай я тоже начну больше зарабатывать? Перейду в другой отдел, там премии выше. Или курсы какие-нибудь пройду. Не хочу, чтобы всё на тебе одной держалось.
Ольга повернулась к нему.
– Лёша, я никогда не просила тебя зарабатывать больше. Мне важно, чтобы ты был счастлив на работе.
– Я знаю, – он прижал её к себе. – Но мне важно, чтобы ты знала: я тоже могу. И буду. Для нас.
Она поцеловала его в ответ, и в этот момент всё встало на свои места.
