– Что ты сказал, Сергей? – тихо переспросила Лена, чувствуя, как кровь отхлынула от лица.
Она стояла в коридоре суда, всё ещё сжимая в руках папку с решением. Три года брака, и вот финал: печать в паспорте, несколько подписей, и всё. Конец. А он, её бывший муж, которого она любила когда-то до дрожи в коленках, смотрел на неё сверху вниз с таким довольным видом, будто только что выиграл миллион.
Сергей поправил галстук, будто готовился к фотосессии, а не к разводу.
– Ты всё правильно услышала, Леночка, – протянул он с лёгкой насмешкой. – Наконец-то свободен. От тебя и от твоей вечной экономии на всём. От твоих старых курток, от супов из вчерашнего, от того, что ты вечно считала каждую копейку. Понимаешь? Я устал притворяться, что мне это нормально.
Лена моргнула. Слова падали тяжёлые, как камни. Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но горло перехватило. В голове крутилась только одна мысль: «А ведь ещё полгода назад он говорил, что любит меня именно такой – настоящей, без понтов».
– Ты серьёзно? – выдавила она наконец.
– Абсолютно, – он улыбнулся той самой улыбкой, от которой когда-то таяла. – Я встретил женщину, которая не стоит дорого. Которая не стесняется этого. Которая может позволить себе нормальную жизнь, а не вот это наше… выживание. Прости, Лен, но я больше не хочу жить в долг.
Рядом с ним стояла она. Новенькая. Высокая, яркая, в дорогом пальто и с сумкой, которую Лена видела только в витринах. Девушка посмотрела на Лену сверху вниз, потом перевела взгляд на Сергея и ласково коснулась его локтя.
– Серж, пойдём уже? Нас ждут в ресторане.
– Сейчас, солнышко, – он подмигнул ей и снова повернулся к Лене. – Всё, Леночка. Бери свои вещи из квартиры до конца недели. Я уже поменял замки, но оставлю коробки у соседки. Не переживай, ничего ценного там нет.
Он развернулся и пошёл прочь, обняв свою новую женщину за талию. Лена осталась стоять посреди коридора, чувствуя, как пол уходит из-под ног.
В тот вечер она приехала к своей подруге Кате и впервые за долгое время разрыдалась, как девчонка.
– Он назвал меня нищебродкой, Катя… При всех. Сказал, что я ему стыдно было в люди выйти.
Катя обняла её, погладила по спине.
– Лен, он просто дурак. Ты же знаешь. Он всегда был такой: пока у него всё хорошо, ты самая лучшая. Как только деньги кончились, ты стала обузой.
Лена кивнула, вытирая слёзы рукавом старенького пальто.
– Я думала, мы вместе пройдём это. Он же сам говорил: «Главное не деньги, главное мы». А оказалось… главное всё-таки деньги.
Она вспомнила, как познакомилась с Сергеем пять лет назад. Он тогда был начинающим менеджером по продажам, она – простым бухгалтером в небольшой фирме. Жили скромно, но весело. Потом его повысили, появились премии, новые друзья, дорогие рестораны. А она осталась прежней: не любила тратить лишнего, откладывала на чёрный день, радовалась, когда удавалось купить хорошие продукты по акции.
Сергей начал подшучивать над ней сначала ласково, потом всё жёстче. «Лена, ну что ты как старушка?», «Нельзя же вечно жить на хлебе и воде», «Посмотри на себя, ты же красивая женщина, а одеваешься, как из секонд-хенда». Она смеялась, думала, шутит. А потом шутки перестали быть шутками.
Последние полгода он вообще почти не ночевал дома. «Работаю», говорил. А потом пришёл и сказал: «Разводимся. Я люблю другую».
Лена не спорила. Не устраивала сцен. Просто подписала всё, что он принёс. Квартира осталась ему – он её купил до брака. Машина – тоже. Ей досталась только старая дача родителей под городом и немного сбережений, которые она тайком откладывала «на всякий случай».
– Знаешь, – сказала она Кате, когда слёзы немного утихли, – я даже рада, что всё закончилось. Правда. Просто… больно. Так больно, будто внутри всё выжгли.
Катя налила ей чаю с мятой.
– Поживёшь у меня, сколько нужно. А потом найдёшь себе квартиру. И мужика нормального найдёшь, который будет ценить тебя, а не твою кредитную карту.
Лена слабо улыбнулась.
– Спасибо. Только я пока ни о каких мужиках даже думать не могу.
Прошла неделя. Лена забрала свои коробки у соседки, поселилась у Кати на диване и начала потихоньку приходить в себя. Работу не бросила – бухгалтерия всегда кормила. Коллеги сочувствовали, но тактично, не лезли в душу.
А потом позвонила тётя Света. Единственная родственница, которая осталась у Лены после смерти родителей.
– Леночка, солнышко, – голос тёти дрожал. – Приезжай ко мне, пожалуйста. Срочно. Есть разговор.
Лена нахмурилась. Тётя Света жила в другом городе, виделась с ней редко, но всегда любила. И голос у неё был какой-то странный, взволнованный.
– Что случилось, тёть в порядке?
– Всё хорошо, детка. Очень хорошо. Просто приезжай. Одна не хочу говорить по телефону.
Лена взяла отгул на пару дней, села в электричку и поехала.
Тётя Света встретила её на вокзале. Была она маленькая, седая, но глаза горели, как у девчонки.
– Леночка! – она обняла племянницу так крепко, что у той перехватило дыхание. – Ну здравствуй, родная моя.
– Тёть Свет, ты чего такая загадочная? – улыбнулась Лена, когда они уже ехали в старенькой «девятке» тёти к её дому.
