Лена смотрела, как он упаковывает её жизнь в картонные коробки. Дети ходили притихшие. Миша, которому уже исполнилось пятнадцать, всё понимал. Он смотрел на отца исподлобья, сжимая кулаки, но молчал. Десятилетний Паша плакал по ночам, спрашивая, почему папа уходит.
— Папа полюбил другую тетю, — честно сказала Лена, решив, что врать не имеет смысла. — Но вас он не бросает.
— Если он нас любит, почему делает тебе больно? — спросил Миша. В его голосе звенела взрослая, жесткая нота.
Лена не нашла, что ответить.
Когда Игорь уехал, квартира стала гулкой и пустой.
Лена сидела на кухне, сжимая в руках чашку с остывшим кофе. Денег, которые он оставил «на первое время», было немного. Раздел имущества грозил затянуться. Ей нужно было искать работу. Срочно. Но кому она нужна в сорок два года без стажа за последние пятнадцать лет?
Она открыла ноутбук, чтобы обновить резюме, но вместо этого создала пустой документ.
Внутри неё бушевал ураган. Боль, обида, страх, злость — всё это требовало выхода.
Пальцы сами легли на клавиатуру.
Она не писала о себе. Нет, это было бы слишком больно. Она придумала героиню — Веру. Вера тоже была «простой». Вера тоже отдала мужу лучшие годы. Но у Веры была тайна — она умела видеть чужие сны.
Это была метафора, конечно. Лена писала о том, как женщины видят насквозь своих мужчин, но молчат, чтобы не разрушить иллюзию счастья.
Первую главу она написала за два часа. Текст шел потоком, плотным, густым. Слова складывались в предложения легко, словно ждали этого момента полтора десятилетия.
Когда она перечитала написанное, то удивилась.
Это было не просто «хорошо». Это было сильно. В тексте была та самая «искра», которой так не хватало Игорю. Злая, яростная искра.
— Простая, говоришь? — прошептала Лена, закрывая ноутбук. — Ну что ж. Посмотрим.
Она не знала, что впереди её ждут месяцы безденежья, страха и отчаяния. Она знала только одно: фарфоровая кукла разбилась. А внутри оказалась живая женщина из плоти и крови, которая очень хочет говорить.
Жизнь после развода напоминала плавание в ледяной воде.
Лена переехала с детьми в съемную «двушку» на окраине. Квартира была с «бабушкиным» ремонтом, коврами на стенах и запахом старости, который не выветривался даже при открытых окнах.
— Ничего, мам, зато парк рядом, — бодро сказал Миша, затаскивая коробки. Он повзрослел за этот месяц лет на пять. Взял на себя походы в магазин, помогал Пашке с уроками. Лена смотрела на сына и чувствовала вину: он должен гулять с девочками, а не таскать сумки с картошкой.
Лена устроилась администратором в салон красоты. График два через два, двенадцать часов на ногах, улыбка приклеена к лицу.
— Чай, кофе? Подождите минуточку, мастер освободится…
Вечерами ноги гудели так, что хотелось выть. Зарплаты хватало впритык: аренда, еда, репетиторы для Миши (ЕГЭ был на носу). Алименты Игоря приходили нерегулярно: он как раз открывал новый филиал фирмы и жаловался на «временные трудности с наличностью». При этом в соцсетях мелькали фото его новой жизни: горнолыжный курорт, рестораны, Кристина в шубе, которая стоила как годовая аренда их квартиры.
Но у Лены была отдушина.
Каждую ночь, когда дети засыпали, она садилась за старый кухонный стол, накрывала его клеенкой, чтобы не прилипали локти, и открывала ноутбук.
Роман рос. История Веры обрастала подробностями. Лена вплетала в сюжет всё, что видела вокруг.
Клиентки в салоне красоты стали неиссякаемым источником вдохновения. Она слушала их разговоры.
— Мой мне заявил, что я потолстела…
— А я нашла у него второй телефон…
— Я терплю ради детей…
Сотни женских судеб, похожих, как капли воды, и в то же время уникальных в своей трагедии. Лена записывала эти диалоги в блокнот, прячась за стойкой ресепшена.
Через полгода рукопись была готова.
«Изнанка тишины» — так она назвала книгу.
— Мам, ты что, правда книгу написала? — удивился Пашка, увидев стопку распечатанных листов.
— Попробуй, — сказал Миша. — Отправь куда-нибудь. Ты же всегда нам сказки крутые придумывала.
Отправка рукописи в издательства стала отдельным кругом ада.
«Слишком бытовая тема».
«У вас нет имени. Сейчас читают блогеров».
Отказы приходили один за другим. Лена распечатывала их и складывала в папку с названием «Могила амбиций».
