Юлия остановилась на пороге кухни и словно приросла к полу. Внутри болезненно сжалось, а в висках настойчиво билась одна и та же мысль: «Снова. Он опять всё решил за меня. Просто поставил перед фактом — и будто так и надо».
— Ты сейчас серьёзно? — сначала выдохнула она почти шёпотом, хрипло, но уже через секунду голос сорвался выше. — Ты пообещал маме, даже не подумав спросить меня? Просто сказал ей: приезжай, поживёшь у нас?!
Дмитрий стоял возле холодильника, виновато перебирая пальцами. Телефонный разговор закончился минуту назад, и теперь Юлия смотрела на мужа так, будто перед ней был не близкий человек, а посторонний, который без спроса вошёл в её дом и начал распоряжаться её жизнью.
— Юль, ну выслушай меня… — он примирительно поднял ладони. — Она ненадолго, правда. Едет по делам, в гостинице ей некомфортно: шум, чужие люди, все эти неудобства. Пару дней побудет, ну максимум неделю. Ты же понимаешь, ей после смерти отца и так нелегко…
Юлия прислонилась плечом к дверному косяку и крепко скрестила руки на груди. Внутри всё закипало. «Пару дней, конечно. Где-то я это уже слышала. Нет ничего долговечнее временного, особенно когда тебя даже не спрашивают». Подобные разговоры уже случались, и не один раз.
— Я понимаю, что тебе важно выглядеть хорошим сыном, — медленно произнесла она, едва сдерживаясь. — Но я не обязана быть удобной для всех. Я не хочу, чтобы в моей квартире появлялись люди, которых я сама не звала. Даже если это твоя мать. Я говорила тебе об этом много раз.
Дмитрий провёл рукой по затылку. Кухня вдруг показалась слишком маленькой, воздух — тяжёлым и липким, как густой сироп.
— Да, я помню, — признал он тихо. — Прости. Я понимаю, что поступил неправильно. Но я уже сказал ей, что можно. Не звонить же теперь и говорить: «Мам, извини, жена не разрешила». Ты представляешь, как это будет выглядеть?
Юлия прикрыла глаза и медленно вдохнула. В голове ясно прозвучало: «Дело не в ней. Дело в тебе. Тебе хочется быть хорошим, только расплачиваться за это почему-то должна я».
— Хорошо, — наконец выдохнула она и устало махнула рукой. — Один раз. Пусть останется. Но запомни: это в первый и последний раз.
Дмитрий сделал шаг к ней, собираясь обнять, однако Юлия чуть отстранилась. Он сразу остановился.
— Прости, — повторил он. — Я больше так не сделаю.
«Сделаешь, — подумала Юлия. — Потому что тебе так проще». Но вслух она не произнесла ни слова.
Через два часа в квартире прозвенел дверной звонок. Юлия пошла открывать, хотя всё внутри сопротивлялось этому движению.
На площадке стояла Тамара Павловна — высокая, прямая, ухоженная, с чемоданом в одной руке и дорожной сумкой в другой. Улыбалась она так широко, будто приехала не погостить, а совершить что-то великое и благородное.
— Юлечка, спасибо тебе, милая! — свекровь сразу распахнула руки для объятий. — Я ведь ненадолго, по делам. В клинику надо, анализы сдать. Старость, сама понимаешь, радости не приносит… А у нас в городке с медициной совсем плохо. Один врач на весь район, да и тот то в отпуске, то на больничном.
Юлия машинально позволила себя обнять. В нос тут же ударил резкий запах недорогих духов, смешанный с чем-то химическим, будто Тамара Павловна только что стирала вещи и не до конца выполоскала порошок.
— Проходите, ваша комната здесь, — Юлия взяла дорожную сумку и повела её по коридору. — Ужин будет через полчаса.
Тамара Павловна, едва переступив порог, уже оживлённо заговорила:
— Ах, как же в городе удобно! Всё рядом: аптеки, поликлиника, магазины. Не то что у нас — хоть плачь. Скорую можно ждать час, а то и дольше. А врач… ну ты сама понимаешь.
— Да, в городе, конечно, проще, — ровно ответила Юлия, раскладывая по тарелкам картофельное пюре.
Свекровь неожиданно подняла взгляд и внимательно посмотрела на неё:
— А твои родители где живут?
— В своей квартире. Двухкомнатной.
— А ты почему отдельно? Ты ведь ещё до свадьбы сама жила, не с ними.
Юлия медленно опустила вилку на край тарелки. Этот вопрос не походил на обычное любопытство: в нём сразу почувствовался скрытый подвох.