голос Андрея в телефоне дрожал, перекрываемый гулом ресторана и навязчивой музыкой. — Срочно перекинь мне на карту сорок четыре тысячи гривен! Тут надо закрыть счёт за банкет!
— За какой ещё банкет? — нарочито спокойно поинтересовалась я.
Андрей на секунду замолчал, потом заговорил тише и, явно нехотя, выдавил признание про дополнительный стол.
— Мы обещали немного помочь… Валерия решила, что у меня есть запасные деньги…
И тут из трубки прорезался резкий голос его сестры:
— Да ничего я не решала! Это ты сказал, что с деньгами всё улажено!
— Интересно, каким чудесным способом ты это уладил, Андрюша? — протянула я.
— Марина, прекрати издеваться! — зашипел он почти шёпотом. — Мы здесь среди приличных людей стоим! Переведи сейчас, а дома поговорим!
— Вы с Валерией обещали оплатить этот стол. Значит, вы с Валерией за него и платите.
— Ты своим упрямством выставляешь меня полным идиотом!
— Не переживай, Андрей. Меня там всё равно никто не должен был заметить. Ты ведь сам так выразился.
Я нажала отбой. Чем закончился этот спектакль, мне потом во всех подробностях пересказала свекровь, которая наблюдала финал почти с первых рядов.
Когда праздник уже близился к завершению, администратор ресторана подошёл к матери жениха с итоговым счётом. В нём отдельной строкой был указан тот самый дополнительный стол. Женщина, не понижая голоса, позвала через зал:
— Валерия, Андрей, вы же эту позицию обещали оплатить!
Рядом толпились гости, родственники переглядывались, официанты ждали. Отступать было поздно. Валерия побагровела и начала что-то сбивчиво объяснять про зависшее банковское приложение. Андрей нервно кивал и пытался поддакивать, но выглядело это жалко. Потом они оба почти бегом вышли в холл, где устроили громкую перепалку. Валерия кричала, что брат обещал всё решить, а Андрей шипел в ответ, что вся эта безумная затея с самого начала была её идеей.
Окончательно добил их вопрос матери жениха. Она подошла ближе и с ледяной вежливостью спросила:
— Ребята, если для вас сорок тысяч гривен — неподъёмная сумма, зачем было вообще выступать с такой инициативой?
Правду они, конечно, сказать не могли. А правда звучала бы примерно так: «Мы хотели выглядеть щедрыми и обеспеченными за счёт женщины, которую заранее оставили дома гладить рубашки».
В результате Андрею пришлось доставать ту самую кредитку с грабительскими процентами и выгребать с неё весь доступный лимит — двадцать восемь тысяч гривен. Остальные шестнадцать тысяч Валерия собирала в пожарном порядке, дозвонившись до своего взрослого сына. Племянник, переводя деньги, так громко спросил в динамик, что услышали люди в холле:
— Мам, а ты зачем оплачиваешь застолье незнакомых людей, которых видишь второй раз в жизни?
Свекровь уверяла, что после этого Валерия до конца вечера сидела в углу с таким лицом, будто лично вложилась в строительство всего ресторана.
Андрей появился дома уже глубокой ночью. Зашёл на кухню, с размаху бросил ключи на стол и сразу перешёл в наступление:
— Ты специально меня опозорила! Решила поиздеваться?!
— Чтобы тебя опозорить, мне для начала нужно было быть на вашем празднике, — ровно ответила я, не поднимая глаз от книги.
— Из-за твоего эгоизма я теперь влез в огромный долг по кредитке!
— Если бы я перевела деньги, в долг влезла бы уже я. Напомню: на кухню у нас денег почему-то не было.
— Мы вообще-то семья! Муж и жена!
— Странно, утром, когда ты делил приглашение, ты об этом не вспоминал.
Андрей ещё пытался повышать голос. Он говорил про репутацию, про полезные знакомства, про то, что «статус иногда требует вложений». Потом заявил, что я мыслю кастрюлями, а в мужских стратегиях ничего не понимаю. Я молча дослушала этот поток, затем достала распечатку нашей общей таблицы расходов и положила перед ним.
— Давай тогда разберём твои стратегии по цифрам, — сказала я. — Страховку на твою машину оплатила я. Ремонт крыши на даче — тоже я. Холодильник купила я. Подарок молодожёнам закрывала опять я. За последние четыре месяца на наши общие нужды и лично твои расходы я потратила на восемьдесят тысяч гривен больше, чем ты. И после всего этого ты решил, что я обязана оплатить банкет людям, среди которых мне, по твоим словам, «делать нечего»?
Андрей уже открыл рот, чтобы возразить, но взгляд его упал на суммы. Потом он посмотрел на даты переводов, на назначения платежей и медленно сел на стул. Спорить ему стало нечем.
На следующий день ровно в полдень в квартиру без предупреждения влетела Валерия. Она даже обувь в прихожей не сняла. С порога потребовала, чтобы я немедленно вернула ей шестнадцать тысяч гривен.
— Это ещё с какой радости? — искренне удивилась я.
— Я закрыла ТВОЮ часть долга! — почти захлёбывалась злостью золовка. — Ты жена Андрея, у вас общий бюджет! Из-за своей мелочной зависти ты испортила брату перспективы и выставила нас нищими перед статусной роднёй!