— Там квартиры стоили на три миллиона дороже, Лариса Сергеевна. Мы бы не потянули.
— Ну, если не уметь крутиться, то, конечно, — парировала свекровь, наконец снимая пальто. Олег тут же подскочил, принял одежду.
— Мамуль, проходи. Чай будешь?
— Чай потом. Сначала дело, — загадочно произнесла Лариса Сергеевна.
Ужин проходил в напряжении. Свекровь ковыряла вилкой мясо, рассказывая о подругах. Тоня ела молча, мечтая о тишине.
— Кстати, о зиме, — вдруг громко сказала Лариса Сергеевна. — Я сегодня заходила в «Снежную Королеву». Там скидки, сынок. Грандиозные. Я примерила одну… Норка, цвет «графит». Длинная. Я в ней — как боярыня.
— Представляю, мам, — улыбнулся Олег.
— Идет — не то слово. Но стоит она прилично. С учетом скидки — двести пятьдесят тысяч.
Тоня поперхнулась водой.
— Двести пятьдесят, — повторила свекровь с нажимом. — Для здоровья матери это копейки. Моя старая шуба продувается насквозь. Если я слягу с пневмонией, кто за мной ухаживать будет? Ты?
— У нас нет таких денег, — твердо сказала Тоня. — Мы только закрыли кредит за ремонт. И следующий взнос по ипотеке через неделю.
— Ну… Тонь, — начал Олег неуверенно. — Может, посмотрим варианты? Кредит, рассрочка? Маме холодно.
— Олег, ты слышишь себя? Четверть миллиона! Это пять твоих зарплат! — голос Тони зазвенел. — Я в сапогах третий сезон хожу, молчу! А тут — шуба? Почему не пуховик? Сейчас делают отличные пуховики, теплые, легкие.
— Пуховик… — процедила свекровь. — Ты предлагаешь мне, заслуженному учителю, ходить в пуховике, как торговке? Я должна держать марку.
— Статус — это когда у тебя есть деньги на счете, а не шкура зверя в кредит, — отрезала Тоня.
— Как ты смеешь так разговаривать с матерью! — воскликнул Олег. — Она нас вырастила! А тебе жалко?
— Мне не жалко, Олег. У меня просто нет.
— Есть, — вдруг тихо сказала Лариса Сергеевна.
— Я видела уведомление на твоем телефоне, — спокойно произнесла свекровь, отпивая компот. — Пока ты руки мыла, он на тумбочке лежал. Пришла эсэмэска из банка. Премия. Триста тысяч рублей.
Тоня почувствовала, как внутри всё обрывается. Она действительно получила годовую премию за сложный объект и планировала пустить её на досрочное погашение ипотеки. Телефон лежал экраном вверх. Какая глупость.
— Ты получила триста тысяч и молчала? — Олег посмотрел на жену со смесью обиды и жадности. — Тонь, это правда? Ты крысишь деньги от семьи?
