Ольга Петровна находила в этих разговорах утешение. Значит, не у нее одной беда. Значит, это общая болезнь поколения.
Но жизнь, как водится, внесла свои коррективы внезапно и жестко.
Через две недели после ссоры у Ольги Петровны случилась беда. Сломалась стиральная машинка. Старенькая «Вятка», служившая верой и правдой двадцать лет, вдруг загрохотала, подпрыгнула и испустила дух вместе с лужей мыльной воды на пол.
Для пенсионерки это была катастрофа. Новая машинка стоила как три ее пенсии. Кредит? В ее возрасте кредиты — это кабала.
— Сынок, беда у меня. Машинка сгорела. Совсем. Мастер приходил, сказал — ремонту не подлежит.
— Ох, мам… — голос Игоря был виноватым. — Слушай, у нас сейчас с деньгами туго. Мы путевки оплатили, в Турцию летим через месяц. И страховку на машину продлил вчера. Прямо под ноль выгребли. Может, через месяц? С зарплаты отложу?
Ольга Петровна села на табуретку, сжимая трубку. Месяц стирать руками? С ее артритом?
— Ну ладно, сынок. Ладно. Что-нибудь придумаю. Справлюсь.
Она положила трубку и заплакала. От бессилия, от старости, от того, что воспитала сына, который не может матери помочь в трудную минуту. Вспоминались слова невестки про «двое больше». Злость снова поднялась в душе. Денег у них куры не клюют, а матери родной помочь не могут.
Вечером в дверь позвонили. Ольга Петровна вытерла слезы, поправила халат и пошла открывать, думая, что это соседка за солью.
На пороге стоял курьер в желтой куртке. А рядом с ним — огромная коробка.
— Доставка! Квартира сорок пять? Ольга Петровна?
— Я… — растерялась она. — Но я ничего не заказывала. Вы ошиблись.
— Никак нет. Заказ оплачен, доставка до квартиры с установкой и подключением. Принимайте.
За курьером в подъезд вошла Катя. В джинсах, в той же растянутой футболке под курткой, с рюкзаком за плечами.
— Здравствуйте, Ольга Петровна. Пустите грузчиков?
— Катя? Это… это что?
— Это стиральная машина. LG, с сушкой и функцией пара. Хорошая, я отзывы читала.
Грузчики занесли коробку, протиснувшись мимо онемевшей хозяйки. Катя вошла следом, деловито огляделась.
— Куда ставить будем? В ванную?
— В ванную… — эхом отозвалась Ольга Петровна. — Катя, постой. Откуда? Игорь же сказал, денег нет.
Катя усмехнулась, снимая куртку.
— У Игоря нет. Он у вас честный, всё в бюджет семьи отдает, всё распланировано. А у меня есть «заначка тунеядки». Премия прилетела за сложный сайт. Вот, решила потратить с пользой. Не руками же вам стирать.
Она прошла на кухню, как к себе домой.
— Чай есть? А то я с работы ехала, замерзла.
Ольга Петровна суетилась вокруг новой машины, пока мастера подключали шланги, потом бежала на кухню, ставила чайник, доставала варенье. В голове у нее был сумбур.
Когда мастера ушли, оставив тихо гудящую в тестовом режиме машинку, женщины сели пить чай.
— Катя, — начала Ольга Петровна, теребя край скатерти. — Ты это… спасибо тебе. Огромное. Я бы сама не потянула.
— Да ладно, — махнула рукой невестка, откусывая печенье. — Дело житейское. Техника ломается.
— Но это же дорого. Ты говорила, вы в Турцию летите…
— Слетуем. Одно другому не мешает. Ольга Петровна, я же правда зарабатываю нормально. Я не хвасталась тогда, просто… обидно стало. Вы думаете, если я дома сижу, то я бездельница. А я иногда по двенадцать часов за монитором, спина отваливается, глаза болят. Заказчики нервы мотают похлеще любого начальника в офисе. Просто это не видно со стороны.
Ольга Петровна посмотрела на руки невестки. Тонкие пальцы, без маникюра, кожа бледная. И правда, не похожа она на тех фиф, что по телевизору показывают.
— Прости меня, Катя, — вдруг сказала Ольга Петровна. Слова давались трудно, словно ворочались в горле камнями. — Я ведь старой закалки. Нас учили: есть завод, есть проходная, есть станок. А всё остальное — от лукавого. Я смотрю на вас и не понимаю. Как так можно жить? Без гарантий, без начальства. Страшно же.
— Страшно, — согласилась Катя. — Но и интересно. И свободы больше. Я вот могу к вам приехать среди недели, машинку купить, чай попить. А работала бы в офисе — пришлось бы отгул выпрашивать, унижаться.
Они помолчали. Машинка в ванной тихонько пискнула, сообщая об окончании цикла.
— Ох, какая умная! — всплеснула руками Ольга Петровна. — Моя-то грохотала как трактор.
— Пользуйтесь, — улыбнулась Катя. — Там инструкция простая, я вам сейчас покажу основные кнопки.
В тот вечер они впервые расстались без напряжения. Катя уехала на такси, а Ольга Петровна еще долго сидела в ванной, глядя на белый глянцевый бок новой помощницы. Она думала о том, как странно повернулась жизнь. Та самая невестка, которую она считала непутевой и ленивой, одним махом решила ее проблему, которую не смог решить любимый, «правильный» сын.
