Неделя прошла в режиме «холодной войны». Олег спал на диване, демонстративно не ел приготовленный Еленой ужин и громко вздыхал, разговаривая с мамой по телефону за закрытой дверью. Елена работала. Она сидела за ноутбуком по ночам, когда муж храпел, и выстукивала на клавиатуре свое будущее.
В субботу утром раздался звонок в дверь. Настойчивый, требовательный. Елена, которая только проснулась и варила кофе, вздрогнула. У Олега ключи были.
Она открыла дверь. На пороге стояла Тамара Игоревна собственной персоной. В норковой шубе (кредит за которую Олег выплачивал два года), с массивной сумкой и лицом, полным скорби. Рядом переминалась с ноги на ногу Ира — с заплаканными глазами и свежим маникюром.
— Здравствуй, Лена, — процедила свекровь, проходя в квартиру, не дожидаясь приглашения. — Олега нет?
— Он в гараже, скоро придет. Проходите, раз пришли.
— Мы не в гости, мы по делу, — Тамара Игоревна прошла на кухню, оглядела скромную обстановку с нескрываемым презрением. — Господи, как вы живете… Нищета. А все потому, что хозяйки в доме нет.
Елена промолчала. Она налила себе кофе, не предлагая гостям. Это было грубо, но играть в гостеприимство сил не было.
— Лена, — начала свекровь, садясь на стул. — Ситуация критическая. Ирочке угрожают. Ей нужно отдать долг сегодня. Мы были в банке, нам отказали. У Олега денег нет, я знаю, я у него все выгребла в прошлом месяце на зубы. Осталась только ты.
— Тамара Игоревна, я уже сказала Олегу. У меня нет таких денег.
— Не ври мне! — вдруг рявкнула свекровь, ударив ладонью по столу. — Я знаю, что ты работаешь в интернете! Олег говорил, ты там сидишь сутками. Небось, получаешь неплохо, раз на шее у мужа не сидишь.
— Я оплачиваю половину аренды и покупаю продукты. Это называется «на шее»?
— Ты должна помочь семье! — всхлипнула Ира. — Лена, ну пожалуйста! Меня же убьют!
— Ира, продай телефон. Продай шубу. У тебя же есть вещи.
— Ты что, с ума сошла?! — возмутилась Тамара Игоревна. — Девочка должна ходить в обносках? Она молодая, ей жизнь устраивать надо! А ты… Ты все равно дома сидишь, тебе наряжаться некуда. Доставай заначку! Я знаю, она у тебя есть! У таких тихонь, как ты, всегда деньги припрятаны.
В этот момент в дверях появился Олег. Он был в грязной куртке, руки в масле — видимо, опять чинил свою старую «девятку».
— Мама? Ира? Вы что тут делаете?
— Сынок! — Тамара Игоревна кинулась к нему. — Спасай! Твоя жена хочет смерти сестры! Деньги жмет, сидит тут, кофе пьет, а Ирочка на краю гибели!
Олег посмотрел на Елену. В его взгляде была усталость и мольба.
— Лен… ну правда. Если есть хоть что-то. Давай отдадим. Я заработаю, я отдам тебе. Потом.
— Когда «потом», Олег? — тихо спросила Елена. — Ты мне еще за прошлый год не отдал. За тот раз, когда твоя мама «случайно» затопила соседей, и мы платили за их ремонт.
— Ах ты мелочная! — закричала свекровь. — Считает она! Да мы семья!
Скандал набирал обороты. Елена чувствовала, как пульсирует висок. Ей хотелось одного — чтобы они исчезли. Растворились. Она встала, подошла к окну.
И тут случилось то, чего она боялась. Ее ноутбук остался открытым на столе. Экран не погас. Она работала утром, проверяла поступление оплаты за крупный проект.
Ира, которая крутилась рядом со столом, вытирая слезы, вдруг замерла. Ее взгляд упал на экран.
— Мама… — прошептала она. — Мама, смотри.
Тамара Игоревна подскочила к ноутбуку. Елена не успела ничего сделать.
На экране было открыто приложение интернет-банка. Баланс светился крупными зелеными цифрами. Два с половиной миллиона рублей.
В кухне повисла звенящая тишина. Слышно было только, как капает вода из крана.
Олег подошел к столу. Посмотрел на экран. Потом на жену.
— Лена… — его голос дрожал. — Это что? Это правда?
Елена обернулась. Отступать было некуда.
— Два с половиной миллиона? — прошептал он. — У тебя?
— Да. Я копила три года. На квартиру.
— На квартиру? — Олег смотрел на нее как на чужую. — Мы тут копейки считаем… Я в рваных ботинках хожу… Мама зубы в кредит делает… А ты сидишь на мешках с деньгами?
— Это мои деньги, Олег. Я их заработала. Я не воровала. Я работала по ночам, пока ты спал. Я отказывала себе во всем.
