— Дима, я беспокоюсь о вашем браке. Марина не хочет оформить квартиру на меня, чтобы я могла о ней позаботиться. Она не доверяет нашей семье.
— Мама, это не так… — начал Дима, но Галина Петровна подняла руку, останавливая его.
— Позволь мне закончить. Я понимаю, что Марина пережила тяжёлую утрату. Но сейчас у неё есть новая семья — мы. И если она не готова полностью довериться нам, может, она вообще не готова к браку?
Марина смотрела на мужа, ожидая, что он возмутится, защитит её. Но Дима молчал, разглядывая свои руки. Этот его вечный страх конфликтов, неумение противостоять матери — всё это Марина знала и раньше. Но сейчас, в этот критический момент, его молчание резало как нож.
— Дима, — она тронула его за руку. — Скажи что-нибудь. Это же абсурд.
Он поднял на неё глаза — усталые, затравленные.
— Марин, может, мама права? В смысле, не насчёт переписывания, конечно. Но может, стоит как-то… урегулировать этот вопрос? Чтобы все были спокойны?
— Урегулировать? — Марина не верила своим ушам. — Твоя мать требует, чтобы я отдала ей квартиру! Единственное, что осталось от моей семьи!
— Не отдала, а доверила, — поправила Галина Петровна. — Я же не собираюсь её продавать. Просто буду следить, чтобы всё было в порядке. А вы молодые, вам нужно о детях думать, а не о недвижимости.
О детях. Это была больная тема. Год замужества, и Галина Петровна не уставала напоминать об отсутствии внуков. Каждый семейный ужин превращался в допрос: почему нет детей, что они предпринимают, не бесплодна ли Марина.
— Кстати, о детях, — продолжила свекровь, и в её голосе появились стальные нотки. — Я тут подумала. В этой квартире три комнаты. Одна — ваша спальня, вторая — мой кабинет…
— Ваш кабинет? — Марина не выдержала. — Это гостевая комната! Вы должны были пожить две недели!
— Не перебивай старших, — отрезала Галина Петровна. — Так вот, третья комната сейчас используется как твой офис. Но когда появятся дети, им понадобится детская. И тогда возникнет вопрос — где будет жить бабушка? Ведь я должна помогать с внуками.
— Вы живёте здесь временно…
— Временно? — Галина Петровна изобразила оскорблённое удивление. — Дима, твоя жена выгоняет меня на улицу?
— Нет, мама, конечно нет, — поспешно ответил Дима, не глядя на жену. — Марина не это имела в виду.
— А что она имела в виду? Что я здесь лишняя? Что мать не должна помогать сыну? Я продала свою квартиру, чтобы дать вам деньги на свадьбу, а теперь я не имею права жить с вами?
Это была ложь. Наглая, беспардонная ложь. Галина Петровна не продавала квартиру — она сдала её в аренду. Деньги на свадьбу дали родители Марины, за год до аварии. Но Дима молчал, а Марина понимала — если начнёт спорить, выглядеть плохо будет она.
— Знаете что, — Марина встала, стул скрипнул по полу. — Я устала. Мне нужно подумать.
— Думай сколько угодно, — кивнула Галина Петровна. — Но завтра утром мы идём к нотариусу. Я уже записалась на десять часов. И Дима пойдёт с нами. Правда, сынок?
Дима кивнул, не поднимая глаз. Марина смотрела на него — на мужчину, за которого вышла замуж, которого любила. Где тот весёлый, уверенный парень, который делал ей предложение на крыше высотки, под звёздами? Куда делся человек, обещавший защищать её от всего мира? Перед ней сидел маменькин сынок, не способный сказать «нет» собственной матери.
Марина вышла из кухни и закрылась в спальне. Села на кровать, обхватила голову руками. Слёзы душили, но она не позволила им пролиться. Нельзя показывать слабость. Не перед этой женщиной.
Телефон завибрировал. Сообщение от подруги Кати: «Как дела? Давно не виделись!»
Марина начала печатать ответ, потом стёрла. Что писать? Что свекровь пытается отобрать квартиру? Что муж её не защищает? Что она чувствует себя загнанной в угол в собственном доме?
Дверь спальни приоткрылась. Дима заглянул внутрь.
Она кивнула. Он сел рядом, попытался обнять, но она отстранилась. — Послушай, я понимаю, ты расстроена. Но мама не со зла. Она просто… беспокоится.
— Беспокоится? Она требует мою квартиру!
— Не требует, а предлагает помощь в управлении…
— Дима! — Марина повернулась к нему, глаза горели. — Очнись! Она манипулирует тобой! Нами! Это моя квартира, моё наследство. Я не отдам её никому!
