— Он… он еще молодой…
— Ему двадцать восемь лет. Он работает?
— У своего друга… в офисе…
Тамара Николаевна замялась.
— Ну… они еще только раскручиваются…
— То есть не получает зарплату, — констатировала Елена. — Кто оплачивает наши расходы?
— Кто купил машину, на которой ездит Сергей?
— Кто оплачивает бензин, страховку, техобслуживание?
— Ты… Но это временно! — добавила свекровь.
— Уже два года временно, — заметила Елена. — Тамара Николаевна, объясните мне: ваш самостоятельный сын имеет право на мою квартиру?
— Он муж! Муж имеет права!
— Он не участвовал в покупке квартиры. Не вкладывал деньги в ремонт. Не оплачивает коммунальные услуги. На основании чего он имеет права?
— На основании того, что он мужчина! — гневно воскликнула Тамара Николаевна.
— Это не основание для получения имущественных прав, — спокойно ответила Елена.
— А любовь? — вдруг подал голос Сергей. — Разве любовь ничего не значит?
Елена посмотрела на мужа.
— Любовь значит очень много, — сказала она. — Из любви я делюсь с тобой всем, что у меня есть. Ты живешь в моей квартире, ездишь на моей машине, я покупаю тебе одежду и еду. Разве этого мало?
— Достаточно… — тихо ответил он.
— Тогда зачем ты хочешь знать стоимость квартиры?
— Мама сказала, что это мое право…
— Сергей, — Елена села рядом с ним, — у тебя есть право жить в этой квартире, как у моего мужа. У тебя есть право пользоваться всем, что здесь есть. Но у тебя нет права собственности на квартиру. Понимаешь разницу?
— И тебя это не устраивает?
Сергей помолчал, потом покачал головой.
— Устраивает… Просто мама говорит, что это ненадежно…
— Жить в чужой квартире…
— У тебя есть своя квартира?
— Деньги на покупку есть?
— Тогда о какой надежности речь?
Сергей беспомощно пожал плечами.
— Вот именно, — кивнула Елена. — Сергей, ты можешь жить в моей квартире до конца жизни. Я тебя не выгоню. Но собственником ты от этого не станешь.
— А если ты умрешь? — вдруг спросила Тамара Николаевна.
— Простите? — опешила Елена.
— Если ты умрешь, что будет с квартирой? Сережа на улице останется?
Елена долго смотрела на свекровь, не веря услышанному.
— Тамара Николаевна, — наконец сказала она, — вы планируете мою смерть?
— Что ты такое говоришь! — возмутилась та. — Просто всякое в жизни бывает!
— Бывает, — согласилась Елена. — И если со мной что-то случится, то по завещанию квартира достанется Сергею. Вас это устраивает?
— У тебя есть завещание? — оживилась свекровь.
— Есть. И квартира завещана мужу.
— А-а, — протянула Тамара Николаевна. — Ну тогда хорошо…
— Тамара Николаевна, — устало сказала Елена, — объясните мне, пожалуйста, что вы от меня хотите?
— Я хочу, чтобы мой сын был защищен!
— От кого защищен? От меня?
— От… от неожиданностей!
— Каких неожиданностей?
— Разных! — отмахнулась свекровь.
Елена встала и прошлась по комнате.
— Понятно, — сказала она. — Тамара Николаевна, вы считаете меня угрозой для вашего сына?
— Не угрозой… Но риском…
— Ты можешь его бросить!
— На основании чего вы сделали такой вывод?
— Ты самостоятельная… Независимая… Тебе он не нужен!
Елена остановилась перед свекровью.
— Если он мне не нужен, зачем я за него замуж вышла?
— Не знаю! — честно ответила Тамара Николаевна. — Может, от одиночества!
— И что, по-вашему, должно заставить меня жить с ненужным мне человеком?
— Ничего не должно… Поэтому и беспокоюсь!
Елена покачала головой.
— Тамара Николаевна, вы не понимаете самого главного. Я не держу Сергея силой. Он остается со мной, потому что хочет. И я остаюсь с ним по той же причине.
— Тогда мы разведемся. Цивилизованно и честно.
— И что достанется Сереже?
— То, что ему положено по закону. Половина совместно нажитого имущества.
— Мебель, техника… — Елена пожала плечами. — Немного.
— Вот видишь! — торжествующе воскликнула Тамара Николаевна. — Ничего ему не достанется!
— А что должно достаться человеку, который два года не работает?
— За еду? — усмехнулась Елена. — Тамара Николаевна, ваш сын получает зарплату?
— Значит, не работает. Он подрабатывает у друга, это не работа.
— Скоро они раскрутятся!
Тамара Николаевна сердито замолчала.
— Сергей, — обратилась Елена к мужу, — хочешь найти нормальную работу?
— Хочу… Но не могу бросить друга…
— Он на меня рассчитывает…
— А на что рассчитываю я?
— На то, что у меня будет муж, а не вечный студент.
Сергей опустил голову.
— Два года стараешься?
— Дела идут медленно…
— Сергей, — Елена села напротив него, — ответь честно: ты боишься ответственности?
— Нет… То есть… Немного…
— А вдруг не получится?
— Вдруг получится. Сергей, тебе нравится жить на мои деньги?
— Нет, не нравится…
— Тогда что тебе мешает это изменить?
— Я не знаю, с чего начать…
— Начни с поиска работы. Любой работы с зарплатой.
— Сергей, — перебила его Елена, — выбирай. Либо друг, либо семья. Я не буду содержать тебя вечно.
— Ты меня шантажируешь? — вскинулся он.
— Я ставлю условия. Либо ты становишься самостоятельным, либо мы расстаемся.
— Аха! — воскликнула Тамара Николаевна. — Вот она, истинная сущность! Показала наконец свое лицо!
— Мое лицо вам не нравится? — спросила Елена.
— Не нравится! Жестокое лицо! Расчетливое!
— Тамара Николаевна, я два года содержу вашего сына. Покупаю ему одежду, еду, оплачиваю его развлечения. Это жестоко?
— Это твоя обязанность! Ты жена!
