— Хочу… Попробую…
— Не попробуешь, а сделаешь, — поправила Елена. — Даю тебе месяц. За месяц найти работу с зарплатой. Любую.
— Сергей, — прервала его Елена, — хватит «а если». Найдешь работу — продолжим жить вместе. Не найдешь — разведемся.
— Жестоко! — прошипела Тамара Николаевна.
— Справедливо, — возразила Елена. — Тамара Николаевна, объясните мне: почему я должна всю жизнь содержать вашего сына?
— Потому что ты его жена!
— Это не основание для пожизненного содержания.
— Любовь предполагает взаимность. Я даю ему кров, пищу, заботу. А что он дает мне?
— Как мало? — возмутилась свекровь.
— Мало. Я хочу партнера, а не иждивенца.
— Партнера? — переспросил Сергей.
— Да. Человека, который разделит со мной ответственность за нашу семью.
— Чем ты со мной делишься? Кроме постели?
Сергей растерянно молчал.
— Вот именно, — кивнула Елена. — Сергей, я не хочу тебя обидеть. Но мне нужен муж, а не домашний питомец.
— Докажи. Стань самостоятельным.
— Хорошо, — твердо сказал он. — Попробую.
— Не попробуешь — сделаешь.
Тамара Николаевна вскочила с места.
— Алешенька! — воскликнула она. — Ты с ума сошел? Она тебя выгоняет!
— Мама, — устало сказал Сергей, — Лена права. Мне пора становиться взрослым.
— Нет, мам. Взрослые мужчины работают и содержат семью.
— Но ведь у вас все хорошо! Зачем что-то менять?
— Потому что хорошо только мне. А Лене тяжело.
Тамара Николаевна повернулась к невестке.
— И ты довольна? — спросила она ядовито. — Разрушила семью!
— Я не разрушала семью, — спокойно ответила Елена. — Я поставила условия для ее сохранения.
— Большая. Тамара Николаевна, я не выгоняю Сергея. Я предлагаю ему стать полноценным партнером.
— А если он не хочет?
— Его право. Тогда мы расстанемся по-хорошему.
— По-хорошему? — усмехнулась свекровь. — Он останется ни с чем!
— Он и сейчас ни с чем, — заметила Елена. — Кроме того, что я ему даю.
— Зато он был при тебе!
— При мне? — удивилась Елена. — Тамара Николаевна, я не помещик, а Сергей не крепостной. Он со мной, потому что хочет.
— А теперь не захочет!
— Тогда значит, так тому и быть.
— Ты его не любишь! — обвинила свекровь.
— Люблю. Но любовь не означает готовность содержать вечного иждивенца.
— Тамара Николаевна, а что, по-вашему, означает любовь?
— Жертвенность! Готовность отдать все!
— Все отдала. Два года отдавала. Хватит.
Тамара Николаевна схватила сумочку.
— Ну и живи со своим реализмом! — бросила она. — А я сына не оставлю!
— Не оставляйте, — согласилась Елена. — Но и не мешайте ему расти.
— Еще скажи, что я ему мешаю!
Свекровь растерянно заморгала.
— Я… я его поддерживаю!
— Говорю, что он хороший!
— Это не поддержка, это потакание.
— Хороший. Но несамостоятельный. И вы эту несамостоятельность поощряете.
— Говорите, что он еще успеет поработать. Что не нужно торопиться. Что главное — найти себя.
— Плохо, когда это длится годами.
Тамара Николаевна сердито фыркнула.
— Ты просто не понимаешь материнской любви!
— Понимаю. Но материнская любовь не должна калечить ребенка.
— Лишать его самостоятельности.
— Лишаете. Тамара Николаевна, ваш сын боится ответственности. Откуда у него этот страх?
— Знаете. Вы всю жизнь решали за него проблемы. Оберегали от трудностей. И теперь он не умеет с ними справляться.
— Я хотела, чтобы ему было легче!
— Получилось наоборот. Ему стало труднее.
— Не плохая. Но слишком заботливая.
— А что в этом плохого?
— Чрезмерная забота вредит не меньше равнодушия.
Тамара Николаевна опустилась на диван.
— Что же мне теперь делать? — растерянно спросила она.
— Отпустить сына, — мягко сказала Елена. — Дать ему возможность стать взрослым.
— А если у него не получится?
— Получится. Если вы не будете мешать.
— Мешаете. Своими страхами и сомнениями.
— Но я волнуюсь за него!
— Волнуйтесь молча. Сергей должен поверить в себя. А как он поверит, если самый близкий человек в него не верит?
— Не верите. Иначе не пришли бы сегодня с оценщиком.
Тамара Николаевна виновато опустила голову.
— Я просто боюсь за его будущее…
— Будущее зависит от него самого. Не от вас и не от меня.
— А если он ошибется?
— Значит, получит опыт.
— А если не справится?
— Научится справляться.
— Тамара Николаевна, — прервала ее Елена, — у вас тот же страх, что и у сына. Страх неудачи. Но без риска неудачи нет и успеха.
Свекровь помолчала, потом кивнула.
— Наверное, ты права… — тихо сказала она.
— Сергей, — обратилась Елена к мужу, — ты готов попробовать?
— Готов, — твердо ответил он.
— Тогда с понедельника начинаешь поиски работы.
— И никаких «но», «если» и «а вдруг».
Елена подошла к мужу и обняла его.
— Я в тебя верю, — сказала она. — У тебя получится.
— А если не получится?
— Получится, — уверенно повторила она.
Тамара Николаевна встала и направилась к выходу.
— Ну что ж, — сказала она на прощание, — посмотрим, что из этого выйдет.
— Выйдет хорошо, — кивнула Елена. — Если мы все будем поддерживать Сергея, а не подрывать его уверенность.
— Я поняла, — вздохнула свекровь. — Постараюсь.
Когда дверь за ней закрылась, Елена и Сергей остались вдвоем.
— Страшно? — спросила она.
— Страшно, — честно признался он. — Но и интересно.
— Вот и отлично. Значит, все будет хорошо.
— А если я разочарую тебя?
— Не разочаруешь. Главное — не бойся ошибок.
— Не стараться — делать, — поправила Елена с улыбкой.
— Делать, — согласился Сергей и крепко обнял жену.
