— Мам! — Максим покраснел. — У меня есть жена!
— Ну да, есть, — свекровь пожала плечами. — Только вот детей у вас до сих пор нет. Три года прошло! Алина уже бы двоих родила.
Лариса почувствовала, как внутри что-то оборвалось. Они с Максимом год безуспешно пытались завести ребёнка, проходили обследования. Врачи говорили, что всё в порядке, нужно просто время. Но свекровь об этом не знала — Максим просил не рассказывать, чтобы не расстраивать мать.
— Валентина Петровна, это наше с Максимом личное дело, — сказала Лариса, стараясь сохранять спокойствие.
— Личное? — свекровь повысила голос. — Я имею право знать, когда у меня будут внуки! Или ты не можешь родить? Так и скажи, не тяни! Максим ещё молодой, может создать нормальную семью!
— Мам, прекрати! — Максим наконец повысил голос. — Не смей так говорить с Ларисой!
Валентина Петровна всплеснула руками и прижала ладонь к сердцу.
— Ой, сердце! Сынок, ты на мать голос повышаешь? Я же только правду говорю! Хочу, чтобы ты был счастлив!
Максим тут же бросился к матери, усадил её на стул, принёс воды. Лариса с горечью наблюдала знакомую картину. Стоило Максиму хоть немного возразить матери, как та тут же хваталась за сердце. И он сразу сдавался.
Вечер прошёл как в тумане. Гости — друзья Максима и несколько его коллег — веселились, поздравляли именинника. Валентина Петровна сидела во главе стола, как хозяйка дома, принимала комплименты за свои блюда. Лариса молча помогала подавать на стол, убирать грязную посуду.
— А где твой фирменный торт, Лариса? — спросила Елена, жена лучшего друга Максима. — Ты же говорила, что заказала особенный.
— Я решила, что наполеон мамы будет лучше, — быстро ответил Максим, не давая жене открыть рот.
Лариса посмотрела на мужа. Он избегал её взгляда. В этот момент она поняла — так будет всегда. Свекровь всегда будет на первом месте. А она, жена, всегда будет второй.
После ухода гостей Валентина Петровна осталась «помочь с уборкой». На деле это означало, что она будет сидеть на кухне, пить чай и рассказывать, как неправильно Лариса ведёт хозяйство.
— Посуда у вас вся разномастная, — говорила свекровь, разглядывая чашку. — Нормальная хозяйка купила бы сервиз. И вообще, квартира какая-то неуютная. Вот у Алины…
— Хватит! — Лариса резко встала из-за стола. — Хватит сравнивать меня с Алиной! Хватит унижать меня в моём же доме! — Что? — свекровь округлила глаза. — Максим, ты слышишь, как она со мной разговаривает?
— Лариса, успокойся, — устало сказал Максим. — Мама не хотела тебя обидеть.
— Не хотела? — Лариса рассмеялась. — Она три года делает всё, чтобы развести нас! Три года унижает меня, а ты молчишь!
— Я? Развести? — Валентина Петровна прижала руку к груди. — Да я только добра вам желаю! Просто хочу, чтобы сын мой был счастлив!
— Со мной он несчастлив? — Лариса повернулась к мужу. — Максим, скажи честно — ты несчастлив со мной?
Максим молчал, глядя то на жену, то на мать. Валентина Петровна всхлипнула, достала платок.
— Вот до чего дошло! Невестка кричит на свекровь, выгоняет из дома! Я же только хотела помочь!
— Никто вас не выгоняет, — пробормотал Максим. — Лариса, извинись перед мамой.
— Что? — Лариса не поверила своим ушам. — Я должна извиниться? За что? За то, что защищаю своё достоинство?
— За то, что повысила голос на пожилого человека, — твёрдо сказал Максим. — Это неуважение.
Лариса посмотрела на мужа долгим взглядом. В его глазах она не увидела ни понимания, ни поддержки. Только усталость и желание поскорее закончить этот конфликт.
— Знаешь что, Максим? — тихо сказала она. — Я действительно извинюсь. Извинюсь перед собой за то, что три года терпела это унижение. За то, что надеялась, что ты однажды встанешь на мою сторону.
Она развернулась и пошла в спальню. За спиной услышала, как свекровь причитает, а Максим её успокаивает. Лариса достала из шкафа чемодан и начала складывать вещи.
Через полчаса в спальню вошёл Максим.
— Ты что делаешь? — спросил он, увидев чемодан.
— Ухожу к родителям, — спокойно ответила Лариса, не прерывая сборов. — Мне нужно время подумать.
— Подумать о чём? Лариса, не драматизируй! Мама уже уехала, давай поговорим спокойно.
— О чём говорить, Максим? — Лариса повернулась к мужу. — О том, что твоя мать третий год превращает мою жизнь в кошмар, а ты делаешь вид, что ничего не происходит? О том, что она приходит в наш дом как к себе, всё переделывает, критикует, унижает меня, а ты молчишь?
— Она моя мать, Лариса! Я не могу грубить ей!
— А я твоя жена! Или это ничего не значит?
Максим сел на кровать, потёр лицо руками.
— Конечно, значит. Но пойми, мама одна. Папа умер десять лет назад, я у неё единственный сын. Она просто переживает за меня.
— Переживает? — Лариса села рядом. — Максим, твоя мать не переживает. Она манипулирует тобой. Стоит тебе хоть слово сказать против — она хватается за сердце. И ты сразу сдаёшься.
— У неё действительно больное сердце!
