— Но ваш супруг, как член семьи, имеющий право проживания…
Марина не стала слушать дальше. Она поняла главное — её загнали в ловушку. Свекровь всё продумала, а Андрей помог ей в этом. Они действовали за её спиной, планировали, как отобрать у неё последнее, что связывало с отцом.
— Вон, — тихо сказала Марина.
— Что? — Галина Васильевна приподняла брови.
— Вон из моего дома. Все. Немедленно.
Свекровь рассмеялась — звонко, насмешливо.
— Из твоего дома? Девочка, ты, кажется, не понимаешь ситуацию. Это уже не только твой дом. И выгнать меня ты не можешь.
— Я могу обратиться в полицию. Вы вторглись в моё жилище без разрешения.
— Но я же живу здесь с разрешения своего сына! — Галина Васильевна торжествовала. — Андрюша прописан здесь, и он пригласил свою маму. Всё законно, дорогая.
Марина повернулась к мужу. Он стоял, опустив голову, не в силах встретиться с ней взглядом.
— Посмотри на меня, — попросила она.
Он поднял глаза. В них была вина, но не раскаяние. Он сделал свой выбор давно, просто Марина не хотела этого видеть.
— Ты предал меня, — констатировала она факт. — Ты продал память моего отца за мамино одобрение.
— Марина, не надо так…
— Как — так? Честно? Ты позволил ей превратить мой дом в её собственность. Ты молчал, когда она выбрасывала папины вещи. Ты был согласен на эту аферу с нотариусом. И ты ещё смеешь говорить «не надо так»?
Нотариус, почувствовав накал страстей, поспешно собрал документы.
— Я, пожалуй, пойду. Когда решите вопрос, звоните.
Он быстро покинул квартиру, оставив их втроём. Галина Васильевна встала, подошла к Марине и положила руку ей на плечо. От этого прикосновения Марину передёрнуло.
— Деточка, не кипятись. Подумай спокойно. У тебя нет выбора. Либо ты принимаешь мои условия, либо… Ну, развод — это всегда неприятно. И раздел имущества тоже. А Андрюша, как супруг, имеет право на половину совместно нажитого. Включая эту квартиру.
Это был ультиматум. Чистый, циничный шантаж. Либо Марина соглашается жить по правилам свекрови, либо теряет всё.
Марина сбросила руку свекрови со своего плеча и пошла в спальню. Она достала телефон и набрала номер. После третьего гудка ответил мужской голос.
— Дядя Миша? Это Марина. Мне нужна твоя помощь. Срочно.
Михаил был младшим братом её отца и работал адвокатом. Они редко общались, но Марина знала — он единственный, кто может ей помочь.
Через час в дверь позвонили. Галина Васильевна пошла открывать, уверенная, что это вернулся нотариус. Но на пороге стоял высокий седой мужчина с жёстким взглядом.
— Михаил Петрович Воронов, адвокат, — представился он, входя в квартиру без приглашения. — Представляю интересы Марины Петровны. Где моя клиентка?
Марина вышла из спальни. За час она успела собрать самое необходимое и все документы отца.
— Я здесь, дядя Миша.
Он кивнул и повернулся к ошеломлённой свекрови.
— Вы Галина Васильевна? Прекрасно. Уведомляю вас, что с этого момента все вопросы, касающиеся данной квартиры, вы решаете через меня. Квартира является добрачной собственностью моей клиентки, полученной по наследству. Любые попытки оспорить право собственности будут пресечены в судебном порядке.
— Но… но я вложила деньги! У меня есть чеки! — Галина Васильевна растерялась.
— Чеки на сантехнику и мебель? — Михаил усмехнулся. — Это подарки, сделанные по вашей инициативе. Никто вас не просил их делать, никаких договоров о компенсации не заключалось. В суде это не имеет силы.
Он повернулся к Андрею.
— А вы, молодой человек, должны знать: квартира, полученная одним из супругов по наследству, не является совместно нажитым имуществом. Так что ваши притязания беспочвенны.
Андрей открыл рот, чтобы что-то сказать, но Михаил его перебил.
— И ещё. Моя клиентка подаёт на развод. Все документы будут оформлены в ближайшие дни. А пока я рекомендую вам и вашей матери найти другое жильё. У вас есть неделя.
