Елена проснулась от звука ключей в замочной скважине. Половина седьмого утра, Андрей уже ушел на работу, а Кирилл еще спал. Кто может прийти в такое время?
— Доброе утро, деточка! — раздался бодрый голос Нины Васильевны прямо из прихожей. — Я принесла свежие булочки для моего сыночка!
Елена натянула халат и вышла из спальни. Свекровь уже хозяйничала на кухне, расставляя принесенную еду.
— Нина Васильевна, откуда у вас ключи? — осторожно спросила Елена.
— Андрюша дал вчера, когда заходил ко мне. Сказал, что так удобнее будет. — Свекровь даже не подняла глаз от своих дел. — А ты что, против? Я же не чужая.
Елена почувствовала, как внутри все сжалось. Они с Андреем только месяц назад переехали в эту квартиру. Первое собственное жилье после трех лет съемных углов. И вот теперь…
— Конечно, не против, — соврала она. — Просто… можно было предупредить.
— Зачем церемонии? Мы же семья! — Нина Васильевна открыла холодильник и начала перекладывать продукты. — О боже, у вас же почти ничего нет! Хорошо, что я захватила еды на весь день.
Елена молча наблюдала, как свекровь полностью реорганизует их кухню. Йогурты переехали на верхнюю полку, молоко — вниз, а принесенные домашние котлеты заняли центральное место.
— Где Андрюша? — спросила Нина Васильевна, закончив с холодильником.
— На работе. У него важная презентация сегодня.
— Бедненький, небось без завтрака ушел. — Свекровь укоризненно покачала головой. — Надо же следить за мужем, дорогая. Мужчины такие беспомощные.
— Он завтракал, — тихо сказала Елена. — Я встала в пять утра и приготовила ему омлет.
— Омлет? — Нина Васильевна сморщилась. — Андрей с детства не любит яйца по утрам. Ему нужна каша. Овсяная, на молоке, с медом. Я тебе рецепт оставлю.
Елена сжала кулаки. Андрей еще вчера просил именно омлет, сказал, что обожает, как она его готовит. Но спорить со свекровью было бесполезно. Следующие два часа превратились в кошмар. Нина Васильевна осмотрела всю квартиру, давая советы по каждой комнате. Шторы висели неправильно, цветы стояли не в тех местах, а ковер в гостиной оказался «совершенно неподходящим для молодой семьи».
— И еще, деточка, — сказала она, собираясь уходить, — я буду приходить каждое утро. Следить, чтобы мой сын нормально питался. Не обижайся, но ты еще молодая, опыта мало.
После ухода свекрови Елена села на диван и разрыдалась. Именно в этот момент проснулся трехлетний Кирилл.
— Мама, почему ты плачешь? — забрался он к ней на колени.
— Ничего, солнышко. Просто устала немножко.
Вечером Елена попыталась поговорить с Андреем.
— Твоя мама сегодня приходила с утра. Она сказала, что ты дал ей ключи?
Андрей вздохнул, не поднимая глаз от ноутбука.
— Ну да. А что такого? Она же не враг какой-то.
— Андрей, но мы же не договаривались об этом. Это наш дом, наше личное пространство.
— Лен, не драматизируй. Мама просто хочет помочь. Ей одиноко, она скучает.
— А как же я? Мне комфортно, что кто-то входит в дом без предупреждения?
Андрей наконец посмотрел на жену.
— Это не «кто-то», а моя мать. И потом, ты же не работаешь сейчас, сидишь дома с Кириллом. Тебе скучно должно быть.
Елена почувствовала, как внутри поднимается злость.
— Я не скучаю! У меня полно дел! И я имею право на личное пространство!
— Ладно, ладно, — отмахнулся Андрей. — Поговорю с ней.
Но разговора не было. Зато на следующее утро Нина Васильевна пришла еще раньше. И не одна.
— Елена, познакомься! — объявила свекровь, ведя за собой худенькую женщину лет пятидесяти. — Это Раиса Петровна, моя соседка. Она такая мастерица! Поможет нам дом обустроить как надо.
— Ах, какая прелесть! — защебетала Раиса Петровна, осматривая квартиру. — Но сколько работы предстоит! Обои нужно переклеить, мебель переставить…
Елена стояла посреди своей гостиной в домашней футболке и пижамных штанах, чувствуя себя совершенно беззащитной.
— Нина Васильевна, может, сначала стоило спросить…
— Что спрашивать? — удивилась свекровь. — Разве плохо, когда дом становится уютнее? Раиса Петровна поможет все организовать правильно. У нее глаз художника!
— И главное, — подхватила Раиса Петровна, — создать правильную атмосферу для мужчины! Мужчины любят порядок, спокойные тона, функциональность.
Елена хотела возразить, что Андрей как раз обожает яркие цвета и творческий беспорядок, но не успела.
— А где малыш? — спросила Нина Васильевна.
— В девять утра? — ахнула свекровь. — Это же неправильно! Дети должны вставать в семь, завтракать в половине восьмого. У вас что, режима никакого нет?
— У нас есть режим, — попыталась объяснить Елена. — Просто другой. Кирилл поздно засыпает, потому что ждет папу с работы.
— Вот именно! — торжествующе воскликнула Нина Васильевна. — Неправильный режим! Нужно все менять!
Следующие три часа две женщины методично разбирали жизнь Елены по полочкам. Неправильно кормит ребенка. Неправильно его одевает. Неправильно убирается. Неправильно готовит.
— А как вы мужа встречаете с работы? — поинтересовалась Раиса Петровна.
— Ну да! Муж целый день работает, устает. Должен прийти домой и сразу почувствовать заботу. Ужин готов, жена красивая, ребенок умытый…
Елена растерянно моргала. Она всегда так и делала. Но видимо, недостаточно хорошо.
— И вообще, — добавила Нина Васильевна, — тебе нужно больше выходить из дома. Я могу сидеть с Кириллом, а ты займись собой. В спортзал сходи, к косметологу…
— Но я не хочу в спортзал, — тихо сказала Елена.
— Хочешь не хочешь, а за собой следить надо, — назидательно произнесла Раиса Петровна. — Мужчины же визуалы.
Когда женщины наконец ушли, Елена почувствовала себя полностью разбитой. Она посмотрела на себя в зеркало. Обычное лицо, обычная фигура, обычная одежда. Неужели она действительно такая никудышная жена?
Кирилл вышел из своей комнаты растрепанный и недовольный.
— Мама, кто тут шумел? Я не выспался.
— Прости, солнышко. К нам приходила бабушка Нина с тетей.
— А зачем они так громко разговаривали?
Елена не знала, что ответить.
Вечером она снова попыталась поговорить с Андреем.
— Твоя мама привела сегодня какую-то Раису Петровну. Они хотят переделать всю квартиру.
— Ну и хорошо, — рассеянно ответил Андрей, листая телефон. — Маме виднее, у нее опыт.
— Андрей, посмотри на меня, — попросила Елена.
— Мне некомфортно. Твоя мама приходит каждый день и критикует все, что я делаю. Теперь еще и подругу привела. Я чувствую себя в собственном доме как на экзамене.
— Лена, мама просто переживает за нас. Она хочет, чтобы у нас все было хорошо.
— А мое мнение тебя не интересует?
— Конечно, интересует. Но ты же видишь — мама старается. Неужели так сложно просто принять помощь?
Елена почувствовала, как глаза наполняются слезами.
— Это не помощь, Андрей. Это контроль. Она пытается управлять нашей жизнью.
— Ну что ты говоришь! — Андрей уже начинал раздражаться. — Какой контроль? Мама советы дает, заботится о нас.
— Она дала мне список, что покупать в магазине! И расписание дня для Кирилла! И сказала, что ты с детства не любишь омлет, хотя ты сам его у меня просил!
— А может, мама лучше знает, что я люблю? Она меня тридцать два года знает.
Елена посмотрела на мужа и поняла, что разговор бесполезен. Андрей просто не хотел ее слышать.
— Хорошо, — тихо сказала она. — Значит, мама лучше знает.
На следующий день Нина Васильевна пришла с целой бригадой помощниц. Кроме Раисы Петровны появились еще две соседки — Валентина Ивановна и Людмила Степановна. Все они были настроены решительно переделать жизнь молодой семьи.
— Ну что, деточка, начинаем генеральную уборку! — объявила Нина Васильевна. — Сейчас мы тут наведем порядок как следует!
Елена пыталась протестовать, говорила, что квартира чистая, что она только вчера все убрала. Но женщины ее не слушали.
