Когда Марина открыла дверь своей квартиры после двухнедельного отпуска в Турции, первое, что она почувствовала, был запах. Не тот уютный запах родного дома, к которому привыкаешь за годы. Нет. Это было что-то чужое — смесь дешёвого освежителя воздуха с ароматом жасмина и едва уловимый шлейф незнакомых духов.
Её муж Денис уже прошёл внутрь, волоча чемодан, и теперь возился с замками на балконной двери, жалуясь на духоту. Марина застыла в прихожей. Что-то было не так. Квартира встретила её тишиной, но эта тишина казалась наполненной чужим присутствием.
Она медленно прошла в гостиную. Всё выглядело на своих местах, но её взгляд цеплялся за мелочи. Диванные подушки лежали не так, как она их оставляла. Ваза с искусственными цветами на комоде стояла под другим углом. На журнальном столике не было её любимого альбома с фотографиями — того самого, в кожаном переплёте, который она всегда держала точно по центру.
Сердце забилось быстрее. Марина направилась в спальню, и там её настигло первое настоящее потрясение. Дверцы шкафа-купе были приоткрыты. Она распахнула их полностью и замерла.
Пустота. Там, где висела её чёрная кожаная куртка от известного итальянского бренда, зияла пустота. Не было двух её лучших платьев — того самого изумрудного, в котором она была на корпоративе, и бордового футляра, которое так шло к её светлым волосам. Исчезли три пары туфель с верхней полки. Нет её любимой замшевой сумки.
В горле встал ком. Она провела рукой по пустым плечикам, не веря своим глазам. Это не могло быть ограблением — телевизор висел на месте, ноутбук Дениса лежал на столе. Воры не взяли бы только её одежду, оставив всю остальную технику.
— Денис, — позвала она, и её голос прозвучал странно глухо. — Иди сюда. Немедленно.
Он появился в дверях с бутылкой воды в руке, ещё не понимая серьёзности ситуации.
— Где мои вещи? — Марина указала на пустые места в шкафу.
Денис посмотрел, и она увидела, как его лицо меняется. Сначала удивление, потом понимание, а затем — что-то похожее на вину. Он отвёл взгляд.
— Слушай, ну… это мама… — начал он неуверенно.
Марина почувствовала, как внутри неё что-то сжимается в тугой узел.
— Твоя мама? — переспросила она очень тихо.
— Она звонила на третий день после нашего отъезда, — заговорил Денис быстро, явно надеясь проскочить неприятный разговор. — Сказала, что у Нины день рождения, и ей нечего надеть. Ты же знаешь Нину, мою двоюродную сестру. Мама попросила дать ей что-нибудь из твоих вещей напрокат. Я же не мог отказать…
— Ты дал ключи от нашей квартиры своей матери? Пока мы были в отпуске? — каждое слово Марина произносила медленно, будто пробуя его на вкус.
— Ну да, но ненадолго! Она обещала всё вернуть на место! — Денис начинал нервничать. — Марин, ну что ты так реагируешь? Это же семья, мы должны помогать друг другу!
Марина повернулась и пошла на кухню. Там она открыла верхний шкафчик над холодильником, где всегда стояла её гордость — набор японских ножей из дамасской стали, подарок от коллег на прошлый день рождения. Шкаф был пуст.
— И ножи тоже забрала твоя мама? — спросила она, не оборачиваясь.
Тишина за её спиной была красноречивее любого ответа.
— Она сказала, что у неё тупые, а эти всё равно лежат без дела, — пробормотал Денис. — Обещала на следующей неделе вернуть…
Марина закрыла глаза. В голове вспыхивали картинки: её свекровь Людмила Петровна, хозяйка их квартиры на целых две недели. Как она ходила по комнатам, открывала шкафы, перебирала вещи своими руками. Выбирала, что взять. Решала, что Марине «не нужно» или «слишком много».
— А ещё что она взяла? — голос Марины был пугающе спокойным.
— Что ещё взяла твоя мать из моих вещей?
Денис тяжело вздохнул.
— Фотоальбом. Ну тот, кожаный. Там же были фотографии с моего детства, она хотела показать их своей подруге. И ещё… ещё твои золотые серьги, те, что с жемчугом. Она сказала, что у Нины как раз праздник, и она не может прийти без украшений. Обещала через неделю вернуть…
Серьги. Те самые серьги, которые подарила Марине её покойная бабушка. Единственное, что у неё осталось от неё в память. Марина почувствовала, как по телу разливается ледяной холод.
— Через неделю? — переспросила она. — Денис, мы уже вернулись. Прошло два дня с тех пор, как должны были вернуться по её словам. Где мои вещи?
Он молчал. И в этом молчании был ответ.
Марина прошла мимо него обратно в комнату, достала телефон и набрала номер свекрови. Та ответила на третий гудок, её голос был бодрым и весёлым.
