– Вот видишь! – Елена победно указала на него лопаткой. – У тебя гараж – это святое. А у меня спа – это прихоть. Двойные стандарты, дорогой. Все, ужин на столе, ешь. Я пошла в душ.
Она вышла из кухни, чувствуя, как внутри все дрожит от напряжения. Она знала, что этот разговор не окончен. Родня мужа напоминала гидру: отрубишь одну голову – вырастут три новые, еще более наглые и требовательные.
Суббота прошла в напряженном ожидании. Телефон Елены периодически вибрировал. Сначала звонила Ольга. Елена не брала трубку. Потом начал названивать стационарный телефон – это явно была свекровь. Сергей ходил по квартире тише воды, ниже травы, вздрагивая от каждого звонка, и умоляюще смотрел на жену.
– Лен, ну возьми трубку, неудобно же, – шептал он, когда телефон зазвонил в десятый раз.
– Кому неудобно, тот пусть и берет, – отрезала Елена, поливая цветы. – Я сказала свое слово. Если я сейчас отвечу, они начнут давить на жалость, потом на совесть, потом угрожать инфарктами. Я этот сценарий проходила двадцать лет. Хватит.
Вечером, когда Елена уже легла в кровать с книгой, предвкушая завтрашний релакс, в дверь позвонили. Настойчиво, длинно, требовательно.
Сергей метнулся в коридор, но Елена остановила его жестким окриком:
– Лена, это же мама! Или Оля! Я не могу не открыть родной матери!
– Если ты откроешь, они войдут. Если они войдут, они оставят детей. Если они оставят детей, я уйду в гостиницу. Прямо сейчас. В пижаме.
Сергей замер у двери. Звонок повторился. Потом послышался голос Ольги:
– Сережа! Открывай! Я знаю, что вы дома! Свет горит! Совсем с ума посходили? У меня дети в машине спят, мне их деть некуда!
Елена встала, накинула халат и подошла к двери. Она не стала открывать, а просто громко, чтобы было слышно через металл, произнесла:
– Оля, я предупреждала Сергея еще во вторник. Я не буду сидеть с детьми. Увози их обратно Ире или сиди сама. Мы не откроем.
За дверью на секунду воцарилась тишина, а потом разразилась буря.
– Ты что себе позволяешь?! – визжала золовка. – Это дети! Маленькие дети! Ты бессердечная тварь! Сережа! Ты мужик или тряпка? Твоя жена издевается над твоей сестрой!
Сергей вжался в стену, закрыв лицо руками. Ему было невыносимо стыдно и страшно. Елена же стояла спокойно, хотя сердце колотилось где-то в горле.
– Сережа не тряпка, Сережа уважает решение своей жены, – громко сказала она. – Уезжай, Оля. Мы вызываем полицию, если ты будешь ломиться.
Конечно, никакую полицию она бы не вызвала, но угроза подействовала. Послышались удаляющиеся шаги, звук лифта, и через минуту – шум отъезжающей машины во дворе.
Сергей сполз по стене на пуфик.
– Что теперь будет… – простонал он. – Мама нас проклянет.
– Не нас, а меня, – поправила Елена. – Тебя она простит, ты же ее любимый сыночек, который попал под влияние злой жены. Иди спать, Сережа. Завтра трудный день.
Утро воскресенья началось с того, что Елена встала в семь утра. Она быстро собрала сумку: купальник, полотенце, сменное белье, любимый крем. Сергей спал, отвернувшись к стене, видимо, полночи ворочался, переживая вчерашний скандал.
Елена написала записку: «Ушла. Буду вечером. Еда в холодильнике». Подумала и приписала: «Не звони. Телефон выключен».
Выйдя на улицу, она вдохнула прохладный утренний воздух. Город был полупустым и тихим. Она села в маршрутку и поехала на другой конец города, в новый оздоровительный комплекс. Как только автобус тронулся, она достала смартфон, зажала кнопку выключения и дождалась, пока экран погаснет. Это действие принесло почти физическое облегчение, словно она сбросила с плеч мешок с камнями.
День прошел великолепно. Сначала она плавала в бассейне, наслаждаясь тем, как вода держит тело. Потом был массаж, во время которого она даже задремала. Потом – травяной чай в комнате отдыха, где играла тихая музыка и пахло можжевельником. Никто не дергал ее за рукав, никто не требовал котлет, никто не жаловался на жизнь.
