Вова замер с ложкой у рта. Сима растерянно моргнула.
— Тамара Павловна, на них мясо. Я специально выбирала, чтобы посытнее…
— Посытнее?! — взвизгнула свекровь. — Ты меня за кого держишь? За собаку дворовую? Сама, небось, вырезку жр..ешь, а матери мужа — объедки?!
— Какие объедки? — у Симы задрожали губы. — Я себе вообще без мяса налила! Посмотрите!
Но Тамара Павловна не смотрела. Она схватила тарелку и решительным шагом направилась в туалет.
— Мама, ты чего? Мам! — Вова вскочил, но не успел.
Слышно было, как хлопнула крышка унитаза, и шум воды смыл двухчасовой труд Симы и продукты её родителей.
Свекровь вернулась на кухню, подошла к мусорному ведру, открыла дверцу шкафа и, брезгливо поморщившись, швырнула туда злосчастную кость.
— Чтоб я в этом доме еще раз по.мои ела… — прошипела она. — Вова, кого ты привел? Деревенщина невоспитанная. Уважения к старшим — ноль. Костями кормит!
Сима сидела, вцепившись пальцами в край стола. Вова растерянно переводил взгляд с матери на жену, не зная, что делать.
— Я не собака, — тихо сказала Сима. — И вы не собака. Это были хорошие продукты. Мои родители передали.
— Ах, родители передали! Ну и ешь сама свои кости! — рявкнула свекровь. — Есть в этом доме нормальная еда? Или мне голодной сидеть?
Сима встала. Ей хотелось наорать, выгнать эту женщину вон, швырнуть ей в лицо что-нибудь тяжелое, но воспитание и проклятая интеллигентность, которую в ней старательно взращивали мама и папа, сделать это не позволяли.
— Есть макароны с гуляшом.
Она подошла к плите, взяла сковороду с гуляшом и кастрюлю с макаронами и поставила их на стол.
— Сами накладывайте. Я боюсь опять не угодить.
Сима вышла из кухни. Она забилась в угол дивана в гостиной, которая одновременно служила им с Вовой спальней, и включила телевизор для фона, чтобы не слышать их голоса.
Но слышимость была отличная.
— Совсем девка распустилась, — бубнила Тамара Павловна, гремя посудой. — Я к ним с душой, а она… Кости!
Ты видел, Вова? Это же плевок в лицо!
— Мам, ну она не со зла, — вяло защищал жену Вова. — Она правда думала, что так вкуснее. У них в семье любят такое…
— Мало ли что у них любят! Мы люди культурные, не в хлеву живем, как некоторые!
Звякнула крышка сковородки.
— О, вот это другое дело, — тон свекрови сменился на милостивый. — Мясо. Ну-ка…
Сима не выдержала. Она встала и тихо подошла к двери кухни, заглядывая в щелку.
Тамара Павловна орудовала ложкой в сковороде. Она методично, как экскаватор, выгребала из густой подливы куски мяса. Один, второй, третий…
