— Мама считает, что Ирка слабая, — наконец выдавил муж. — Что ей нужно помогать больше, потому что у неё нет мужа.
А у нас вроде как всё стабильно…
— Стабильно? — Вера обернулась. — Слав, я после родов набрала пятнадцать килограммов.
У меня спина не разгибается, колени трещат.
Врач сказал — или я начинаю заниматься своим здоровьем, или через год я не смогу Павлика на руки поднять.
Мне нужно в зал. Два раза в неделю по полтора часа.
Ты на работе постоянно, график прыгает. Кого мне просить с сыном посидеть?
Твоей матери внук не нужен, у нее же внучка есть!
Вера прислонилась лбом к прохладному оконному стеклу, наблюдая, как старенький «ниссан» свекрови медленно выруливает со двора.
Красные габаритные огни вспыхнули на прощание и исчезли за поворотом.
На кухонных часах было ровно семь вечера.
Надежда Петровна пробыла у них ровно сорок пять минут.
В гостиной Слава пытался развлечь годовалого сына.
Маленький Павлик увлеченно крутил колесо пластмассового самосвала, иногда оглядываясь на дверь, за которой только что скрылась бабушка.
— Уехала? — Слава заглянул на кухню, потирая затекшую шею.
— Улетела, — поправила Вера, не оборачиваясь. — Сказала, что Пашенька уже «капризничает от усталости», и ей не хочется мешать его режиму.
— Ну, он и правда пару раз пискнул, когда она его на руки взяла, — Слава попытался улыбнуться, но вышло криво.
— Он пискнул, потому что он её не узнает. Мы не видели её три недели. Три!
Вера резко отвернулась от окна и принялась составлять грязные чашки в раковину.
— Ладно тебе, Вер, — Слава подошел сзади, попытался обнять её за талию, но она ловко увернулась, потянувшись за губкой. — Мама просто… ну, она привыкла к Лизоньке.
Та уже большая, четыре года, с ней проще.
— С ней не проще, Слава. С ней интереснее твоей матери.
Лизонька — это дочка Ирины. А Ирина — это любимая дочь.
А мы… мы так… Не пришей ко.быле хвост.
В прошлую пятницу ситуация повторилась почти под копирку.
Надежда Петровна заскочила «на минутку», привезла Павлику одну дешевенькую, пластиковую погремушку и тут же начала оглядываться на дверь.
Слава тогда только успел заикнуться, что у него в субботу выезд на объект и было бы здорово, если бы мама посидела с внуком пару часов, пока Вера сбегает в аптеку и магазин.
— Ой, Славик, никак не могу! — всплеснула руками Надежда Петровна. — Мы с Лизонькой в кукольный театр идем, а потом Ирина просила её к себе забрать на все выходные.
Бедная девочка так устает на работе, ей же надо личную жизнь устраивать.
Сестра Славы воспитывала дочь одна, но это «одна» было весьма условным.
