— Что случилось? — командирским тоном спросила Ирка: Левик лежал на диване и даже не встал при ее появлении.
— А случилось то, что ты от меня уходишь, мусечка! Поэтому чемодан-то не распаковывай: мы разводимся и сегодня ты съезжаешь! — ответил муж.
Ирка подумала, что ослышалась. Мусечка? Но откуда муж узнал? Так называл ее только Вадик…
— И куда же я, интересно, ухожу? — попыталась что-то выяснить путем нападения девушка.
— Не знаю: или к своему зае, или к маме в Тверь. Кстати, ей уже лучше? — ровным тоном поинтересовался Левик.
— Ты все не так понял, — начала тихо Ирка: знает, черт возьми! Но откуда? Где она прокололась? Маме строго наказано не отвечать до 4 января на звонки. А Вадик не мог.
Вот же… ! Может, видел кто? Но кто?
— Ну, тогда изложи свою версию! – попросил муж, которому стало уже просто интересно. – Может, этот лысый мужик – доктор, к которому ты приехала обсудить здоровье любимой мамы?
Или, например, алхимик, пообещавший приготовить чудесную панацею для ее исцеления! Этот, как его — Парацельс, елы-палы!
Как вариант, нанятый специально медбрат. Который, за совершенно символическую плату, внесенную, как всегда, мной, будет заботиться о моей любимой теще!
А именно: менять памперсы, ставить клизмы и дежурить у кровати в ночное время, так? А ты приехала обсудить условия!
Или, упаси, боже – ни на что не намекаю! – работник ритуальных услуг, о которых ты, как любящая дочь, решила позаботиться заранее?
Ну, Иришка, не стесняйся: ты же не стеснялась поднимать ноги выше головы, когда плясала с зайчиком? Точнее, двумя: своим и нашим! Ну, так что, мусечка?
И муж дал ей посмотреть кино…
Ирка тупо молчала: да и что она могла сказать? Да, она завела л..ника! Зачем? Просто – для остроты ощущений!
Скучно одной дома-то весь день! К тому же, Вадик был совсем не бедный и делал девушке хорошенькие подарки.
Что – поработать, чтобы скуку разогнать? Три раза «ха»! Не для этого роза расцветала!
Но какое же уж.асное стечение обстоятельств – кто бы мог подумать?
А мужа Ирка по-своему, любила! А, может, просто зависела от него? Поэтому все тщательно скрывала, не желая кусать кормящую ее руку…
Тем больнее все это получилось.
Если бы она сказала, что полюбила и ушла к своему пле.ши.вому зае, это можно было бы, хотя бы, понять и пережить.
Или покаялась бы в однократной измене: прости, милый – черт попутал! И, не исключено, что муж бы ее простил: он же такой великодушный, ее Левик. Или уже не ее?
А тут – измена плюс горы вранья про маму. И какого хитроумного и тщательно продуманного длительного вранья!
Это можно было приравнять к тщательно спланированному преступлению. А разве нет? И это уж точно стало бы отягощающим обстоятельством при вынесении приговора…
Ирка плакала, умоляла, обещала и взывала к совести. Но Левик был непреклонен: сказано — в морг, значит — в морг! Да, Деды Морозы — они такие: Лев оказался прав…
В результате, их развели: у Левика осталась полная уверенность в своей правоте. Мужчина жалел только об одном: что не устроил скан.дал прямо в ту Новогоднюю ночь…
А что, для остроты ощущений — самое то! Вот к чему может привести излишняя щепетильность и воспитанность: зачем нужны все эти ваши реверансы и книксены?
Ну, да ладно: и так неплохо получилось. Ведь правда же?
