Утром, когда она вышла, квартира уже кипела жизнью. Костя с Димкой носились по коридору, Наташа жарила блины, Сергей разговаривал по телефону, громко обсуждая какие-то рабочие вопросы.
– Доброе утро, – сказала Наташа слишком бодро. – Блинов хочешь? Я с творогом, как ты любишь.
Светлана молча прошла на кухню и поставила чайник. Её любимая кружка с котиками стояла в шкафу – единственное, что не тронули.
– Мы всё обдумали, – Наташа поставила перед ней тарелку. – Останемся ещё на неделю. За это время всё вернём в прежний вид. Обещаем.
– Нет, – Светлана отодвинула тарелку. – Сегодня.
В этот момент раздался звонок в дверь. Три коротких, настойчивых.
Сергей пошёл открывать. На пороге стоял участковый – молодой парень в форме, с планшетом в руках.
– Добрый день. Старший лейтенант Иванов. По вызову от Светланы Викторовны.
– Товарищ полицейский, это недоразумение, – сразу начала она. – Мы родственники, просто помогаем…
Участковый внимательно выслушал обе стороны. Светлана показала паспорт с пропиской, свидетельство о собственности. Сергей пытался показать какие-то чеки на стройматериалы, но это уже не имело значения.
– Граждане, – подытожил Иванов. – Квартира принадлежит Светлане Викторовне. Проживание без её согласия – самоуправство. Прошу освободить помещение в течение суток. Иначе будем составлять протокол.
Наташа заплакала. По-настоящему, навзрыд.
– Света, ну как ты можешь… Мы же тебе добра желали…
Светлана смотрела на неё и чувствовала странную пустоту внутри. Не злость уже. Усталость.
– Я вам тоже добра желала, – тихо сказала она. – Когда ключи давала. А вы решили, что это навсегда.
К вечеру квартира опустела. Они увозили вещи в спешке – чемоданы, коробки, детские игрушки. Мебель новую оставили: «Пусть будет, мы же для тебя старались». Светлана не спорила. Главное – тишина.
Она закрыла дверь на все замки, прислонилась к ней спиной и медленно сползла на пол. В квартире пахло чужим ремонтом, чужой жизнью. Но это была её квартира. Наконец-то снова её.
Телефон зазвонил – мама.
– Светочка, Наташа звонила. Плачет, говорит, ты их выгнала. Что случилось?
Светлана глубоко вздохнула.
– Мам, потом расскажу. Всё потом.
Она отключилась и пошла по комнатам. В спальне на стене висела огромная семейная фотография Наташи – они вчетвером на море. Светлана сняла её, аккуратно поставила у двери. Завтра выбросит.
На кухне в шкафу нашла свою старую кружку – ту, что с трещинкой, которую она всё не могла выкинуть. Заварила чай. Села у окна.
И тут раздался новый звонок в дверь. Долгий, настойчивый.
Светлана замерла. Не может быть. Они же уехали.
Она подошла к двери и посмотрела в глазок.
На пороге стояла тётя Валя – Наташина мама, с двумя огромными чемоданами и недовольным лицом.
– Света, открывай! – крикнула она через дверь. – Меня Наташа предупредила, что ты капризничаешь. Я приехала порядок навести!
Светлана почувствовала, как внутри всё сжимается. Это был не конец. Это только начиналось.
Она прижалась лбом к холодной двери и прошептала:
А тётя Валя продолжала звонить и стучать, уверенная, что её пустят. Потому что «семья должна быть вместе».
– Света, открывай сейчас же! – тётя Валя колотила в дверь кулаком так, что эхо разносилось по всему подъезду. – Я с поезда, устала как собака, а ты тут в бирюльки играешь!
Светлана стояла по свою сторону двери, прижав ладонь к холодному металлу, и чувствовала, как сердце стучит где-то в горле. Ещё минуту назад она думала, что всё закончилось. А теперь понимала: это был только первый акт.
Она глубоко вдохнула и открыла дверь на цепочку.
– Валентина Петровна, добрый вечер, – сказала она спокойно, насколько могла. – Проходите… нет, подождите. Чемоданы оставьте в подъезде. Разговор будет короткий.
Тётя Валя уставилась на неё, как на сумасшедшую.
– Ты что, девка, с ума сошла? Я к вам приехала жить, а ты мне чемоданы в подъезде оставлять? Открывай полностью!
– Жить вы ко мне не приедете, – Светлана посмотрела ей прямо в глаза. – Квартира моя. Я одна здесь собственник. И больше никого пускать не собираюсь.
Тётя Валя фыркнула, попыталась толкнуть дверь плечом, но цепочка выдержала.
– Ага, значит, Наташка права была. Ты совсем озверела. Родную тётку на улицу выгоняешь? Я сейчас всем соседям расскажу, какая ты неблагодарная!
– Рассказывайте, – Светлана пожала плечами. – Только сначала послушайте. Я уже вызывала участкового сегодня утром. Он был, всё зафиксировал. Если вы сейчас начнёте скандалить, я вызову его снова. И тогда уже с постановлением о выселении.
