Елена замерла в дверях гостиной, чувствуя, как кровь отхлынула от лица. Она только что вернулась с работы, ещё не сняла пальто, а Сергей уже встретил её этими словами – громкими, резкими, будто он давно ждал момента, чтобы их выкрикнуть.
– Серж, ты что… серьёзно? – голос её дрогнул, хотя она старалась говорить спокойно.
Он стоял у окна, спиной к ней, руки в карманах дорогого костюма. Высокий, уверенный, как всегда. За последние годы Сергей привык считать, что всё вокруг принадлежит ему – квартира, машина, даже люди.
– Абсолютно серьёзно, – он повернулся, и в глазах его было презрение. – Я устал притворяться. Устал смотреть, как ты каждый месяц бегаешь к своим старикам с передачами. Устал слушать, как они ноют про свою пенсию и коммуналку. Мы с тобой на разных уровнях, Лен. Ты – да, осталась там, откуда вышла. А я поднялся.
Елена медленно сняла пальто, повесила на вешалку. Пальцы слегка дрожали. Они были женаты семь лет. Семь лет она терпела его колкие замечания про родителей, про их скромную двухкомнатную квартиру в спальном районе, про папины потёртые костюмы и мамины вечные банки с соленьями. Терпела, потому что любила. Потому что верила – со временем он поймёт.
– Ты говоришь о моих родителях, – тихо сказала она. – О людях, которые вырастили меня. Которые помогали нам, когда ты только начинал свой бизнес.
Сергей рассмеялся – коротко, зло.
– Помогали? Тем, что давали тебе три тысячи на продукты? Не смеши меня. Я сам всего добился. Сам. А твои родители… они как якорь, Лен. Тянут нас назад.
Она подошла ближе, посмотрела ему в глаза.
– А если я уйду – что тогда? Квартира твоя, машина твоя, всё твоё. Я уйду с одним чемоданом. Это то, чего ты хочешь?
Он пожал плечами, будто речь шла о сломанной кофеварке.
– Да. Хочу. И знаешь что? Я даже рад буду. Наконец-то перестану краснеть за тебя перед партнёрами, когда ты рассказываешь, как твой отец всю жизнь проработал инженером на заводе, а теперь еле сводит концы с концами.
Елена почувствовала, как внутри что-то оборвалось. Не крик, не слёзы – просто пустота. Она повернулась, пошла в спальню, достала из шкафа чемодан. Открыла его, начала складывать вещи. Медленно, аккуратно. Рубашки, платье, которое он подарил на годовщину, тёплый свитер, который связала мама.
Сергей стоял в дверях, смотрел.
– Быстро ты собралась, – усмехнулся он. – Видимо, давно ждала.
– Нет, – ответила она, не оборачиваясь. – Просто поняла, что больше не хочу ждать, когда ты станешь человеком.
Он фыркнул, ушёл на кухню. Она услышала, как звякнул бокал, как наливается виски. Обычное дело – он всегда так «отмечал» свои победы.
Через час она уже стояла в лифте с чемоданом. Дверь квартиры захлопнулась за спиной – громко, окончательно. В такси она набрала маму.
– Мам, я еду к вам, – сказала она, и голос всё-таки дрогнул.
– Леночка, что случилось? – сразу встревожилась мама.
– Потом расскажу. Просто… откройте дверь, ладно?
В родительской квартире пахло борщом и старым деревом. Папа открыл дверь, посмотрел на чемодан, на её лицо – и ничего не спросил. Просто обнял.
– Проходи, доченька. Чайник только вскипел.
Они сидели на кухне втроём. Мама поставила перед ней кружку с чаем, положила варенье. Папа молчал, только гладил её по руке.
– Он сказал, чтобы я уходила к своим нищим родителям, – наконец выдохнула Елена. – И я ушла.
Мама ахнула, прижала ладонь ко рту. Папа нахмурился.
– Сергей сказал такое?
– Да. И не в первый раз. Просто… сегодня я больше не смогла.
Папа встал, подошёл к окну. Посмотрел на двор, где всё ещё стояли старые качели, на которых она когда-то качалась ребёнком.
– Знаешь, Лен, – тихо сказал он, – я всю жизнь думал, что главное – чтобы дочь была счастлива. А если человек способен так говорить о тех, кто её вырастил… значит, я ошибался, когда отдавал тебя за него.
Елена подняла глаза. В голосе отца было что-то новое – не обида, не горечь. Спокойная, твёрдая решимость.
Он повернулся, посмотрел на неё внимательно.
– Ни о чём. Просто… иногда жизнь сама расставляет всё по местам.
На следующий день Сергей проснулся в пустой квартире. Тишина давила. Он прошёл по комнатам – её вещи исчезли. Даже фотография со свадьбы больше не стояла на полке. Только пустое место и лёгкий запах её духов.
Он пожал плечами. Ну и ладно. Свобода. Наконец-то.
В офисе всё шло как обычно. Совещания, звонки, подписи. Он уже подумывал, не позвонить ли той длинноногой секретарше из партнёрской компании – теперь-то можно.
В обед ему позвонил секретарь.
– Сергей Викторович, вас просит зайти новый владелец. Срочно.
