– Это подделка, – сказала она спокойно.
– Сергей сказал, что ты подписывала, – упрямо повторила Тамара Ивановна.
– Сергей врёт, – Света закрыла папку и вернула её. – И вы это знаете.
Повисла тишина. Чайник давно остыл.
– Я просто хотела помочь сыну, – тихо сказала свекровь. – Понимаешь? Любая мать…
– Понимаю, – кивнула Света. – Поэтому и не звоню в полицию. Пока.
Тамара Ивановна поднялась.
– Я пойду, – сказала она. – Извини, что побеспокоила.
У двери она остановилась.
– Он правда в больнице, – добавила тихо. – Если захочешь – могу номер палаты сказать.
Света не ответила. Дверь закрылась. Она долго стояла в коридоре, глядя на пустое место, где только что стояла женщина, которую когда-то называла мамой.
Ночью она не спала. Лежала и смотрела в потолок, прокручивая в голове разговор. Подделка подписей – это уже не просто просьба. Это преступление. И если Сергей пошёл на такое…
Утром она отвела детей в школу и садик, потом села за компьютер и начала искать юриста. Не просто адвоката по разводам – специалиста по долгам и мошенничеству.
Нашла. Записалась на консультацию на завтра.
А вечером Сергей позвонил сам.
– Свет, – голос был хриплый, уставший, – маман рассказала. Не надо так жёстко. Я всё верну. Просто дай время.
– Время у тебя было, – ответила Света. – Год.
– Я болен, – он кашлянул для убедительности. – В больнице лежу.
– Знаю, – сказала она. – Твоя мама вчера была.
– Ну вот, – он явно обрадовался. – Значит, поговорили. Свет, там всего три миллиона. Я найду, как отдать. Просто сейчас банки давят…
– Сергей, – перебила она, – ты подделал мою подпись. Это статья.
Тишина в трубке была такой плотной, что казалось, её можно потрогать.
– Ты ничего не докажешь, – наконец сказал он. Но голос уже был другой. Неуверенный.
– Докажу, – спокойно ответила Света. – Уже завтра иду к юристу. И в полицию, если понадобится.
– Света, ты что, серьёзно? – в его голосе появилась паника. – Из-за каких-то бумажек семью разрушать?
– Семьи у нас нет, – сказала она. – Уже год. И дети… Дети будут знать, что мама себя защитила. А не позволила шантажировать.
Она сбросила вызов. Телефон тут же зазвонил снова, но она выключила его.
На следующий день она сидела в кабинете юриста – молодой женщины с внимательными глазами и стопкой документов на столе.
– Подделка подписи – это уголовное дело, – сказала юрист, бегло просматривая копии, которые Света сделала заранее. – Но сначала давайте запросим у банков оригиналы. И проведём почерковедческую экспертизу.
– А если он действительно должен? – спросила Света. – И, если банки придут ко мне?
– Не придут, – уверенно ответила женщина. – Вы не поручитель, не со заёмщик. Долги оформлены после развода, на его имя. Даже если подпись подделана – это его проблема, не ваша.
Света выдохнула. Впервые за два дня выдохнула свободно.
– А если он продолжит давить? – спросила она. – Через детей, через бывшую свекровь…
– Запретите общение на эту тему, – пожала плечами юрист. – И фиксируйте все звонки, сообщения. При необходимости – заявление о вымогательстве.
Когда Света вышла из кабинета, на улице шёл мелкий дождь. Она подняла лицо к небу, чувствуя, как капли стекают по щекам. Не слёзы. Просто дождь.
Дома её ждало сообщение от Тамары Ивановны: «Светочка, прости. Сергей признался, что подписи подделал. Я не знала. Правда не знала.»
Света долго смотрела на экран. Потом написала: «Верю. Но больше не звоните. Пожалуйста.»
И поставила номер в чёрный список.
Вечером, когда дети спали, она сидела на кухне с чашкой чая и вдруг поняла – всё. Конец. Больше никто не сможет вот так просто ворваться в её жизнь и потребовать невозможного.
Но где-то в глубине всё ещё теплилась тревога. Сергей не из тех, кто легко сдаётся. И если он пошёл на подделку документов… На что ещё он способен?
На следующий день пришло письмо. Обычное, бумажное, в почтовый ящик. Без обратного адреса.
Внутри – фотография. Старая, с их свадьбы. На обратной стороне надпись красной ручкой: «Помнишь, как обещала – в горе и в радости?»
Света долго смотрела на фотографию. Потом порвала её на мелкие кусочки и выбросила в мусорное ведро.
Но тревога осталась. Потому что она знала Сергея. Знала, что это не конец.
Это только начало чего-то нового. И, возможно, гораздо более опасного…
– Светлана Сергеевна, вы уверены, что хотите подать заявление в полицию? – следователь поднял глаза от протокола, и в его взгляде было что-то вроде усталого сочувствия. – Доказать подделку мы, конечно, докажем. Экспертиза уже готова. Но ваш бывший муж… он ведь может пойти на всё. Люди в таком положении иногда теряют голову.
Света сидела прямо, не отводя взгляда. В кабинете пахло старой бумагой и кофе из автомата. За окном моросил всё тот же ноябрьский дождь, будто природа решила подыграть настроению.
– Я уверена, – сказала она. – Он перешёл черту. И если не остановить его сейчас, завтра он придумает что-то похуже.
Следователь кивнул, поставил подпись и отодвинул папку.
– Хорошо. Заявление принято. Возбуждать будем по статье 327, часть третья – подделка документов с целью использования. Срок до шести лет. Плюс ещё вымогательство, если докажем давление. Вы понимаете, что он может получить реальный срок?
Света кивнула. Понимала. И всё равно внутри что-то болезненно сжалось. Десять лет жизни. Свадьба. Дети. И вот теперь – уголовное дело против человека, который когда-то клялся любить её до гроба.
– Я просто хочу, чтобы это закончилось, – тихо сказала она.
