— Да нет, мы просто разговаривали. Не волнуйтесь. – Андрей через силу улыбнулся.
— Ну ладно, коли так. – Женщина недоверчиво покачала головой. — От матери вестей нет?
— Сегодня не смог дозвониться до неё. – В голосе Андрея послышалась тревога.
— Может, зарядка села? Ты не переживай. Сейчас придём домой, я сама позвоню в больницу. Должны же они сообщать родственникам о состоянии пациентов, коли не пускают навещать. – При ходьбе она говорила с одышкой, едва поспевая за Андреем и переваливаясь на своих коротких полных ножках.
— Ты не закрывай дверь. Я сейчас сумки отнесу и приду к вам. – Уже на лестничной площадке сказала она.
В квартире Андрей сразу прошёл в кухню и спрятал нож в ящик стола. Потом вернулся в прихожую и снял ветровку.
— А вот и я. – В квартиру входила тётя Вера с кастрюлькой в руках. — Я вам картошечки принесла с сосисками. Ешьте, пока не остыли. А я чайник поставлю.
Осиротевший без хозяйки дом сразу ожил, наполнился привычными домашними запахами еды, уютно на плите зашумел чайник. Мать в больнице лежала уже больше недели. То шла на поправку, то снова ей становилось хуже. Работала она в саду нянечкой, чтобы Свету туда взяли, а раньше – библиотекарем. Отец ушёл от них два года назад. Через три месяца просился назад, но мать не взяла. Алименты платил небольшие. Мать вечерами подрабатывала – мыла подъезды. Андрей стеснялся этого больше всего. Но понимал, что деньги нужны, помогал ей.
За последний год он вытянулся, одежда стала тесной и короткой. За лето ещё подрастёт и на следующий учебный год нужно покупать новую форму. Бывало, что кто-то матери отдавал поношенные вещи своих детей.
Однажды на перемене подросток из старшего класса узнал свои штаны. Андрей готов был сквозь землю провалиться от стыда. Из-за этого его ещё больше ненавидел Зверь.
Когда на следующий день они с сестрой возвращались из сада, Зверя с компанией не встретили. Но нож Андрей всё равно брал с собой. А через два дня во время урока за ним пришла секретарь директора. Андрей, выходя из класса, бросил взгляд на победную ухмылку Зверя. «Понятно. Он рассказал про нож».
Директор Николай Викторович поднял глаза от бумаг на столе, когда Андрей вошёл в кабинет.
