Таня заставила меня вспомнить, кто я такая. Я ведь не просто «жена Игоря». Я педагог с тридцатилетним стажем, я люблю искусство, я прекрасно готовлю.
— Знаешь, о чем я всегда мечтала? — призналась я ей однажды вечером. — Открыть свою маленькую кондитерскую. Печь те самые торты, которые так любила Леночка.
— Ну так и что тебе мешает? — спросила Таня. — Начни. Пеки на заказ. Сейчас это модно.
И я начала. Сначала робко, предлагая торты знакомым. Потом завела страничку в интернете. Руки помнили работу, а душа, казалось, вкладывала в каждый корж, в каждый кремовый завиток всю нерастраченную любовь и боль. Заказов становилось все больше. Я перестала сутками лежать на диване. Я искала новые рецепты, экспериментировала с декором. Усталость была, но она была приятной.
Однажды, закупая продукты на рынке, я столкнулась с мужчиной. Пакет с мукой порвался, и белое облако осело на его пальто.
— О боже, простите! — я бросилась отряхивать его, краснея от стыда.
Он рассмеялся, перехватив мою руку.
— Ничего страшного. Теперь я похож на мельника из сказки. Меня зовут Андрей.
У него были добрые глаза и седина на висках, которая ему очень шла. Мы разговорились. Оказалось, он владелец небольшого кафе в центре, искал поставщика десертов.
Так в моей жизни появился Андрей. Сначала как деловой партнер, потом как друг. Он был полной противоположностью Игоря: спокойный, внимательный, умеющий слушать. Он не говорил мне о морщинах. Он говорил, что у меня красивые руки и потрясающая улыбка.
Спустя полгода я переехала в новую квартиру — более просторную и светлую, которую смогла снять благодаря доходам от своего маленького бизнеса. Я сменила прическу, купила новые платья. Я снова научилась улыбаться своему отражению в зеркале. Боль от предательства Игоря притупилась, превратившись в шрам — заметный, но уже не кровоточащий. Я думала, что забыла его. Но прошлое имеет привычку возвращаться, когда его совсем не ждешь.
Игорь сидел в своем кабинете, глядя на счета. Цифры плыли перед глазами. Бизнес, который еще год назад процветал, теперь трещал по швам. Кризис, неудачные вложения, а главное — полное отсутствие концентрации. Дома было не лучше.
Алиса, его «молодое счастье», превратилась в вечно недовольную фурию. Беременность, которой он так гордился, оказалась ложной. Точнее, как выяснилось позже, она вообще не была беременна. Это был ловкий ход, чтобы женить его на себе и выгнать Светлану. Когда обман вскрылся, Алиса устроила истерику, обвинив его в черствости и давлении.
— Я молодая! Я хочу жить, а не сидеть в четырех стенах с пеленками! — кричала она, швыряя в него дорогую вазу. — Ты обещал мне Мальдивы, а сам сидишь над своими бумажками!
Игорь смотрел на нее и не узнавал ту милую девочку, ради которой разрушил семью. Где та нежность? Где восхищение в глазах? Теперь он видел только расчетливую стерву, которая требовала денег, денег и еще раз денег. Ремонт в стиле хай-тек обошелся в целое состояние, но уюта в доме не прибавилось. Квартира стала холодной и стерильной, как операционная.
Он все чаще ловил себя на мысли о Светлане. Вспоминал запах её борща, тихие вечера перед телевизором, то чувство надежности и тыла, которое она давала. Света никогда не требовала невозможного. Она понимала его без слов. А Алиса… Алиса даже не знала, какой кофе он пьет по утрам. Она заказывала еду из ресторанов, потому что «портить маникюр у плиты» было ниже её достоинства.
Однажды вечером Игорь вернулся домой пораньше и услышал голос Алисы из спальни. Она разговаривала по телефону, весело смеясь.
— Да, этот старый козел совсем скис… Конечно, я выжму из него все, что можно, а потом подам на развод… Квартира? О, не волнуйся, я уже проконсультировалась с юристом. Половина будет моей. А может и больше, если докажу, что он недееспособен.
