Ольга смотрела на сына с сомнением.
— Денис, это же подлог. Это незаконно.
— А то, что сделал отец, законно? — жестко парировал сын. — Мама, речь идет о выживании. Либо ты теряешь всё и идешь жить в коммуналку на старости лет, либо мы боремся.
В этот момент в дверь позвонили. Настойчиво, требовательно. Ольга вздрогнула.
— Это, наверное, он, — прошептала она.
— Я открою. Сиди здесь.
Ольга слышала, как открылась дверь. Слышала голос Андрея — пьяный, агрессивный.
— Пусти! Это мой дом! Я имею право!
— Твоего здесь ничего нет, пап, — голос Дениса был ледяным. — Ты всё проиграл. Уходи, пока я полицию не вызвал.
— Ах ты щенок! Я тебя вырастил! Оля! Оля, скажи ему!
Раздался звук удара, глухой и страшный. Потом грохот падающего тела. Ольга выскочила в коридор. Андрей лежал на полу, держась за челюсть. Денис стоял над ним, потирая кулак.
— Ещё раз здесь появишься — убью, — спокойно сказал сын. — Вон.
Андрей, кряхтя, поднялся. Он посмотрел на сына, потом на Ольгу, выглядывающую из кухни. В его глазах была не ненависть, а пустота. Страшная, черная пустота человека, у которого выжгли душу.
— Вы ещё пожалеете, — прошамкал он разбитыми губами. — Вы все пожалеете. Банк — это ещё цветочки. Я занял у серьезных людей. Если я не отдам, они придут сюда.
Он сплюнул кровь на коврик и вышел, хлопнув дверью.
В квартире повисла тишина. Денис повернулся к матери.
— Ты слышала? Серьезные люди. Это меняет дело.
— Денис, мне страшно, — Ольга заплакала, прижимаясь к плечу сына.
— Не бойся. Мы решим это. Завтра утром едем к нотариусу. Снимешь свои полтора миллиона. Их нужно спрятать, чтобы ни банк, ни бандиты, ни отец до них не добрались. Передашь их мне на хранение. Я положу их в ячейку. Это будет наш фонд борьбы.
Ольга кивнула. Сын был прав. Он единственный мужчина, на которого она могла положиться.
Ночью она не могла уснуть. Слова Андрея «Я занял у серьезных людей» крутились в голове. А ещё её тревожило то, как быстро и хладнокровно Денис предложил аферу с «задним числом». И как легко он ударил отца. Она понимала, что Андрей заслужил, но…
Утром они поехали в банк. Ольга сняла все деньги — полтора миллиона рублей наличными. Пачки купюр жгли руки сквозь сумку. Денис ждал её в машине.
— Отлично, — сказал он, когда она села на пассажирское сиденье. — Теперь давай их сюда. Я отвезу в ячейку, а потом поедем к моему юристу оформлять расписку.
Ольга достала конверт. И вдруг её рука замерла. Она вспомнила взгляд сына вчера на кухне. «Я знал, что он поигрывает». «Пару раз он занимал у меня».
А что, если Денис знал больше? Что, если он знал про кредит?
— Мам, ты чего? — поторопил Денис. — Поехали, время не ждет.
Ольга посмотрела на сына. На его дорогие часы, на новый айфон, который лежал на панели. Денис всегда любил жить на широкую ногу, часто менял машины, жаловался, что Кате вечно не хватает денег.
— Денис, — медленно произнесла она. — А откуда ты знаешь про схему с распиской задним числом? Ты уже так делал?
— Мам, я юрист. Я знаю, как работают законы. Давай деньги.
В его голосе прорезались те же нотки раздражения, что были вчера у Андрея. Ольга инстинктивно прижала сумку к груди.
— Я сама положу в ячейку. На свое имя.
— Мама, не тупи! — взорвался Денис. — Если счета арестуют, они вскроют и твои ячейки! Нужно на мое имя!
Ольга отшатнулась. Маска заботливого сына сползла, обнажив хищный оскал.
— Ты тоже играешь? — спросила она шепотом, пораженная внезапной догадкой.
— Причем тут игра? — заорал он, ударив по рулю. — У меня ипотека! У меня долги по бизнесу! Мне нужно закрыть дыры, иначе меня посадят! А ты сидишь на деньгах, как собака на сене! Отец всё равно всё просрал, квартиру не спасти! Дай хоть мне выкарабкаться!
Ольга дернула ручку двери. Заблокировано.
— Открой, — сказала она твердо.
— Я закричу. Я буду бить стекло. Открой!
Денис тяжело дышал. Секунду он смотрел на мать с ненавистью, потом нажал кнопку разблокировки.
— Вали. Иди, спасай свою халупу. Только когда к тебе придут коллекторы с паяльником, мне не звони.
Ольга выскочила из машины и побежала. Она бежала по людной улице, прижимая к себе сумку с деньгами, и слезы застилали ей глаза. У неё не было мужа. У неё не было сына. У неё были только долги, враги и полтора миллиона, которые теперь казались ей проклятыми.
Она забежала в торговый центр, чтобы перевести дух и убедиться, что Денис не преследует её. Села на скамейку, трясущимися руками достала телефон. Ей нужно было с кем-то поговорить. С кем-то, кто не предаст. Но перебирая контакты, она с ужасом поняла: таких людей нет. Подруги — просто сплетницы. Родственники далеко.
Вдруг взгляд упал на контакт «Татьяна Ивановна, юрист». Это была старая знакомая, с которой они когда-то работали. Женщина суровая, но честная. Ольга нажала вызов.
— Таня, мне нужна помощь. Срочно. У меня хотят отобрать всё.
Татьяна Ивановна встретила Ольгу в своем маленьком офисе в полуподвальном помещении. Выслушав сбивчивый рассказ, она долго молчала, протирая очки.
— Значит так, Оля. Ситуация паршивая, но не безнадежная. Сына твоего я бы, конечно, придушила, но сейчас не об этом. Деньги при тебе?
— Да, — Ольга похлопала по сумке.
— Хорошо. Первое правило: никому не верь. Даже мне не верь, проверяй документы. Сейчас мы сделаем вот что. Мы подадим иск о признании кредитного договора недействительным. Основание — статья 35 Семейного кодекса, отсутствие твоего нотариального согласия на сделку с недвижимостью.
