«Ты моя мать! Как ты можешь?!» — воскликнул сын перед тем, как хлопнуть дверью, оставляя Анну Геннадьевну с горькими воспоминаниями о предательстве.

Как молодым специалистам, предприятие давало им хорошую надбавку, молодая семья жила неплохо. Жили Егор и Алина в наследной квартире Анны Геннадьевны, которую она несколько лет сдавала, планируя, что сын станет там жить, когда женится.

Чувство дежавю начало посещать Анну Геннадьевну с тех самых пор, когда Алина призналась ей, что не может забеременеть. Этот разговор происходил между ними на праздник, новый год, когда Анна Геннадьевна приехала к своим молодым в гости.

Родители самой Алины жили в соседнем городе и никогда не приезжали к ним. Алина рассказывала Анне Геннадьевне, что один из её младших братьев-двойняшек родился с серьёзным заболеванием, родители его выхаживают и потому никуда не ездят. А второй родился мeртвым. Спасти его врачи не успели…

— Не выездные они… — грустно пошутила тогда Алина. — Мама нашла какой-то фонд, вроде им там обещали помочь, собирают деньги. Может быть, соберут нужную сумму, сделают сложную операцию и тогда Рома станет, совсем как все дети…

Анна Геннадьевна слушала невестку и горестно качала головой. Она очень сочувствовала и малышу Роме, и особенно родителям Алины, которым, конечно же, приходилось очень нелегко.

— А с беременностью у меня что-то не получается, я лечусь, пью эти таблетки, но…— снова грустно вздохнув, тихо сказала Алина. — Мама сказала, что если Бог не даёт ребёнка, значит не нужно. Как это не нужно?

В глазах у Алины заблестели две слезинки. Анна Геннадьевна обняла невестку и прижала к себе. Она её так понимала! Ведь у неё всё было точно так же. И даже Егор сейчас напоминал своего отца Фёдора. Вот этот факт больше всего расстроил Анну Геннадьевну.

Егор во время этого разговора сосредоточенно пялился в свой смартфон, иногда чему-то улыбаясь, а иногда и хохоча во весь голос. Что его так рассмешило, матери с женой он не объяснял, но было видно, что он смотрел какие-то видео ролики.

Потом, почувствовав на себе сердитый взгляд матери, он раздражённо убрал телефон в карман, нацепил на лицо улыбку и заявил, что Алина уж очень озаботилась «детской темой» и совсем перестала замечать жизнь вокруг. Не так уж и срочно нужен «этот её малыш».

…Домой Анна Геннадьевна в тот день приехала донельзя расстроенная. Она вспоминала свои попытки забеременеть и отношение к этому мужа. Всё было точно также.

— Анна Геннадьевна, у нас скоро будет малыш! — Алина позвонила и сообщила эту новость в один из дней вечером, когда Анна Геннадьевна гладила бельё. Не успела женщина положить телефон, как он затрезвонил снова. Звонил сын. Он был тоже рад и хотел обсудить с матерью эту новость.

— Ну вот. Всё будет хорошо! Не стоит мне накручивать себя… — сказала сама себе Анна Геннадьевна после разговора с сыном, и стала раскладывать выглаженное белье по полкам в шкафу.

А потом были долгие месяцы беременности, которые проходили для Алины мучительно, в основном она лежала в больнице на сохранении. А потом роды. Долгие, патологические.

Алина совсем ослабла и вымоталась, Анне Геннадьевне было её невероятно жаль, и она помогала невестке с внуком Андрюшей изо всех сил. Взяла на работе отпуск и каждый день моталась к Алине, находясь там вплоть до того времени, когда сын приходил с работы, а потом только ехала домой.