— Мама… он вообще кто? — наконец выдавил Дмитрий, переводя растерянный взгляд с меня на мужчину, который только что так спокойно занял место в центре всеобщего внимания.
— Андрей, — ответила я так ровно, будто представляла старого знакомого на семейном ужине без малейшего подтекста. Я подвинула к нему чистое меню и слегка кивнула на свободный стул рядом со мной. — Садись, пожалуйста. Ты как раз вовремя: у нас тут оживленная беседа о том, как нужно достойно стареть и кому в каком возрасте что позволено.
Повисшая за столом тишина продержалась недолго. Потом, как и следовало ожидать, началась перебранка.
— Елена, ты это серьезно? — Сергей наклонился вперед и почти прошипел эти слова через стол, мгновенно позабыв о своих недавних рассуждениях про внутреннюю гармонию и энергетический баланс. — Это что за спектакль? Парень из спортзала? Ты хоть понимаешь, как это выглядит со стороны? У тебя, между прочим, уже скоро внуки могут появиться!
— Сергей, — я посмотрела на него внимательно, даже ласково, и от этого он заметно напрягся. — Когда ты в сорок девять лет собрал вещи и ушел к девушке, которой только-только исполнилось двадцать два, тебя почему-то совершенно не тревожили ни твой радикулит, ни перспектива стать дедушкой. Тогда ты называл это новой жизнью и правом на счастье. Так объясни мне, пожалуйста: почему мои честные пятьдесят и его замечательные тридцать восемь вдруг вызывают у тебя такой приступ нравственности?
— Мам, ну это вообще не одно и то же! — тут же вмешался Дмитрий, глядя на отца с преданностью человека, который внезапно решил выступить защитником семейных устоев. — Ты взрослая, умная женщина. Зачем ты привела сюда этого… молодого мужчину? Неужели не ясно, что он возле тебя крутится только из-за денег? Обычный альфонс!
Он откинулся на спинку тяжелого стула и с таким обиженным видом скрестил руки на груди, будто я не спутника на свой день рождения пригласила, а лично вскрыла его копилку и пересчитала содержимое.
Андрей чуть заметно приподнял бровь. По его лицу было понятно: ответ у него уже готов. Но я едва ощутимо коснулась его запястья, останавливая. Эта сцена принадлежала мне. И закончить ее должна была тоже я.
— Дмитрий, — произнесла я негромко.
Мой голос не был резким, но почему-то после него за столом сразу стало тихо. Даже Ирина перестала вертеть в пальцах шпажку от закуски.
— Альфонсом обычно называют того, кто годами живет за счет другого человека и считает это нормой, — продолжила я спокойно. — И раз уж вы сами так уверенно перевели разговор на деньги…
Я медленно повернулась к бывшему мужу. Сергей, который до этого старательно изображал, будто занят салатом, мгновенно выпрямился. На его лице мелькнуло то самое выражение, которое я отлично знала: страх, прикрытый раздражением.
— Ты ведь пришел сегодня не потому, что очень хотел поздравить меня с юбилеем, правда? — спросила я. — Точнее, не только поэтому.
— Елена, что за глупости ты несешь? — Сергей попытался придать лицу вид оскорбленной честности, но глаза его заметались по сторонам и выдали его раньше, чем он успел придумать продолжение.
— Всю прошлую неделю ты звонил мне по несколько раз в день, — сказала я размеренно, отчетливо произнося каждое слово. — Твоя строительная фирма снова оказалась по уши в долгах. Налоговая уже предупредила о возможной серьезной выездной проверке. И ты просил меня, почти умолял, “по старой памяти” и “ради нашего общего сына” провести полный профессиональный аудит твоей бухгалтерии. Бесплатно, конечно. Потому что, как ты выразился, мы же с тобой не чужие люди, Елена.
Валерия резко повернула голову к мужу, и в ее глазах проступил неподдельный, почти немой шок.