В тот вечер я закрылась в ванной и долго смотрела на своё отражение. Уставшее лицо. Жёсткая складка у губ. На работе я решала вопросы на миллионы, а дома моё мнение стоило меньше, чем мнение приходящей свекрови.
Последней каплей стала история с пледом.
Старый, клетчатый, купленный ещё в студенчестве, он был моим личным символом уюта. Однажды, вернувшись с работы, я его не нашла.
— А, эта тряпка? — равнодушно бросил Сергей, не отрываясь от телефона. — Мама сказала, что он портит вид и собирает клещей. Вынесла на помойку. Зато принесла новое покрывало. Атласное. «Богатое».
Внутри что-то щёлкнуло. Без истерик и слёз. Просто пришло понимание: дипломатия закончилась. Пора действовать жёстко, в рамках правового поля.
На следующее утро я взяла отгул.
Мастер по установке «умного дома» приехал быстро, деловито осмотрел квартиру.
— Камеры нужны компактные, — объяснила я, — но чтобы писали в облако. Поставим на полки, между книг. Незаметно, но с полным обзором.
— Няня ворует? — понимающе спросил он.
— Родственники хозяйничают.
Через три дня, во время совещания, телефон завибрировал: «Обнаружено движение».
Я прикрыла экран папкой. На дисплее Людмила Петровна по-хозяйски вошла в квартиру своим ключом, не разуваясь процокала на кухню.
Это была не проверка чистоты. Это был ритуал унижения.
Сначала она открыла комод с моим бельём. Бесцеремонно перебирала кружева, брезгливо поджимая губы. Я подключила наушник.
— …совсем стыд потеряла. Тратит Серёженькины деньги на тряпки…
*«Серёженькины деньги?»* Я едва сдержала злую усмешку. Согласно нашему брачному договору, у нас был режим раздельной собственности, и ипотеку я платила со своего счёта. Сергей же тратил свою зарплату исключительно на гаджеты и развлечения.
Людмила Петровна прошла на кухню. Открыла кастрюлю с супом, который я варила до ночи. Попробовала прямо из половника, скривилась.
Затем достала из кармана пузырёк с каплями. Оглянулась на дверь и быстро плеснула содержимое в кастрюлю.
— Ешь сама, милая, — прошептала она.
Теперь всё встало на свои места. Жалобы Сергея на расстройство желудка после моей стряпни. Обвинения в несвежих продуктах.
Я выключила трансляцию. Руки не дрожали. В голове была кристальная ясность и готовый план действий.
