Адвокат достал ещё одну папку.
— Я не буду разводиться! — Дмитрий встал между матерью и женой. — Мама, ты зашла слишком далеко!
— Я зашла ровно так далеко, как нужно. Подумай, Димочка. Квартира будет продана. Деньги пойдут на погашение моих долгов. Да, у меня есть долги. Большие долги. И если ты не разведёшься с ней, я оформлю эти долги на тебя. У меня есть расписки с твоей подписью.
— Каких ещё расписки? — Дмитрий был ошеломлён.
— Помнишь, ты подписывал документы для моего лечения? Для оплаты санатория? Это были кредитные договоры. На твоё имя. Три миллиона рублей, сынок. С процентами — четыре.
Марина села. Ноги больше не держали. Это был не просто шантаж. Это было уничтожение.
— Выбирай, — продолжала Галина Павловна. — Развод — и я беру долги на себя. Или оставайся с ней — и получай четыре миллиона долга. Господин Краснов подтвердит — все документы законны.
— Документы оформлены правильно. В случае суда у вас нет шансов.
Дмитрий смотрел на мать, как на чужого человека.
— Ты же моя мать… Как ты можешь?
— Я могу, потому что люблю тебя. А любовь иногда требует жёстких решений. Эта женщина тянет тебя вниз. Она сделает тебя несчастным.
— Несчастным меня делаешь ты! — выкрикнул он.
Повисла тишина. Галина Павловна встала.
— У вас есть три дня на размышления. Потом я подаю документы в банк. Решайте.
Она направилась к двери, но остановилась.
— И не вздумайте бежать или прятаться. Господин Краснов будет следить за ситуацией.
Они ушли. Марина и Дмитрий остались сидеть в оглушённой тишине.
— Она блефует, — наконец сказала Марина. — Она не может так поступить с родным сыном.
— Может, — глухо ответил Дмитрий. — Ты не знаешь её. Она всегда добивается своего.
— Не знаю. Четыре миллиона долга… Мы никогда не выплатим.
Марина взяла его руку.
— Мы можем уехать. Начать с нуля в другом городе.
— С долгами в четыре миллиона? Нас найдут везде. И потом… она же моя мать. Как я могу её бросить?
— Она бросает тебя! Она уничтожает твою жизнь!
— Может, она права? Может, нам правда лучше расстаться?
Марина отдёрнула руку.
— Я не знаю! Я ничего не знаю! Моя мать оказалась чудовищем, моя жизнь разрушена, а я даже не понимаю, как это произошло!
Он встал и ушёл в комнату, хлопнув дверью. Марина осталась одна.
На следующий день она пошла к юристу. Нужно было понять, есть ли выход. Юрист, пожилой мужчина с усталыми глазами, внимательно изучил документы, которые она принесла.
— Плохи ваши дела, — сказал он наконец. — Документы составлены грамотно. Дарственная законна. Кредитные договоры тоже. Но…
— Но? — Марина вцепилась в это слово, как в соломинку.
— Есть одна зацепка. Если доказать, что ваш муж подписывал документы под давлением или обманом, можно попробовать оспорить. Нужны свидетели, доказательства. Это долгий процесс, но шанс есть.
— С долгами сложнее. Если его подпись стоит, доказать подлог почти невозможно. Разве что…
— Разве что найти доказательства мошенничества со стороны его матери. Если она специально вводила его в заблуждение, использовала служебное положение… Есть у неё враги? Недоброжелатели?
Марина задумалась. Галина Павловна была властной женщиной. За годы работы в крупной компании она наверняка нажила врагов.
— Возможно. Я попробую узнать.
— Действуйте быстро. Три дня — маленький срок.
Марина вышла от юриста с новой надеждой. Она начала обзванивать знакомых, искать информацию о Галине Павловне. И к вечеру второго дня нашла.
Елена, бывшая коллега свекрови, согласилась встретиться в кафе.
— Галина Павловна? О, я много чего могу рассказать. Она уволилась не по своей воле. Там была история с растратой. Но всё замяли, чтобы не выносить сор из избы. У меня даже остались кое-какие документы.
— А что мне за это будет?
