— А, невестушка пришла! Как раз вовремя. Знакомься — это нотариус Виктор Павлович и риелтор Елена Сергеевна. Мы оформляем дарственную.
— Какую дарственную? — Марина бросила сумку, подошла к столу.
На бумагах она увидела свою фамилию и адрес квартиры. Дарственная на имя Антона Сергеевича Волкова.
— Вы с ума сошли? — она выхватила бумаги, разорвала их пополам. — Это подделка! Я ничего не подписывала!
Нотариус поднял брови, посмотрел на Людмилу Ивановну.
— Вы говорили, что владелица квартиры согласна…
— Она не владелица! — закричала свекровь. — Квартира записана на неё, но куплена на деньги моего сына!
— Это ложь! — Марина достала телефон. — Квартира досталась мне по наследству от бабушки! У меня есть все документы! Я вызываю полицию!
Нотариус и риелтор переглянулись.
— Людмила Ивановна, вы нас ввели в заблуждение, — холодно сказал нотариус, собирая оставшиеся бумаги. — Без согласия собственника мы ничего оформить не можем. Елена Сергеевна, нам пора.
Они быстро покинули квартиру, оставив Марину наедине со свекровью. Людмила Ивановна стояла посреди гостиной, тяжело дыша. Её лицо было багровым от злости.
— Ты всё испортила! — прошипела она. — Я для сына стараюсь, а ты!..
— Вон из моей квартиры, — Марина говорила спокойно, хотя внутри всё дрожало. — И ключи оставьте.
— Что? Ключи? Это ключи от квартиры моего сына!
— От моей квартиры. Антон получит их, когда придёт. А вы чтобы больше сюда не приходили без приглашения.
Свекровь швырнула ключи на пол и вышла, громко хлопнув дверью. Марина опустилась на диван, обхватив голову руками. Она понимала, что это только начало войны.
Антон вернулся через час. Марина рассказала ему всё — про нотариуса, про попытку оформить дарственную, про то, как она выгнала его мать. Он слушал молча, потом встал и начал ходить по комнате.
— Марина, ты перегнула палку. Это моя мать!
— Твоя мать пыталась обманом отнять у меня квартиру!
— Она просто хотела защитить меня!
— От кого? От меня? Я твоя жена, Антон! Я должна быть тебе ближе, чем мать!
Он остановился, посмотрел на неё усталым взглядом.
— Мама сказала, что ты золотоискательница. Что вышла замуж, чтобы потом развестись и оставить меня ни с чем.
Марина почувствовала, как что-то внутри неё оборвалось. Не злость, не обида — пустота.
Антон молчал. Это молчание было красноречивее любых слов.
— Я пойду к маме на несколько дней, — наконец сказал он. — Нам надо всё обдумать.
Он собрал вещи и ушёл. Марина осталась одна в большой квартире, которая вдруг показалась ей чужой и холодной. Она понимала, что её брак трещит по швам. Но отступать было некуда.
Прошла неделя. Антон не звонил, не писал. Зато Людмила Ивановна развернула настоящую кампанию. Она названивала на работу Марины, жаловалась её начальнице, что невестка выгнала мужа из дома. Писала родителям Марины, что их дочь разрушает семью. Распускала слухи среди соседей.
Марина держалась. Она наняла юриста, поменяла замки, установила видеодомофон. На работе объяснила ситуацию начальнице, которая, к счастью, оказалась понимающей женщиной с похожей историей.
Развязка наступила неожиданно. В пятницу вечером в дверь позвонили. На экране домофона Марина увидела Антона. Он был один, выглядел осунувшимся и уставшим.
