«Ага, проглотила!» — возликовала я, похвалив себя, что не забыла добавить в салат сок лимона. Теперь у мамы мужа не будет повода прочитать мне нотацию, что за столько лет нашего брака с её сыном я так и не научилась правильно готовить салат. О чудо! Она промолчала!
Воодушевившись молчанием жены Семён протянул руку с вилкой к следующему куску мяса, но был остановлен её презрительным взглядом и резким окриком. Семён положил вилку на стол, не в силах отвести глаз от вожделенного мяса. Мне стало его жалко.
Отец моего мужа не выдержал железного характера жены и сбежал от неё, когда Стасу было восемь лет. Несколько лет назад, на юбилее подруги, Мария Васильевна встретила Семёна, свою первую любовь, который к тому моменту стал вдовцом, и вышла за него замуж.
Я встала из-за стола и поставила на плиту чайник, порезала восхитительно поднявшийся пирог. Потом выставила на стол самые красивые чашки – подарок моей мамы на нашу со Стасом свадьбу. Самый красивый кусок я положлда Марии Васильевне.
— В прошлый раз я забыла добавить в пирог корицу, помните? Попробуйте теперь. Вы точно заметите разницу, — с милой улыбкой нагло соврала я.
В прошлый раз свекровь убеждала меня, что корицы надо было положить побольше.
— Да? – спросила Мария Васильевна, подняв на меня удивлённые глаза.
Семён, заметив, что жена отвлеклась, тут же схватил кусок мяса и стал быстро глотать его, почти не жуя.
Чайник засвистел, и я разлива в чашки крепкий свежезаваренный чай. Свекровь одарила меня убийственным взглядом.
— Что, горячий? Разбавить? – Тут же вскочила я за графином с холодной кипячёной водой.
— Чёрный чай вреден для здоровья. Неужели ты не знаешь? – раздражённо отчеканила она, глядя на меня, как на неразумную идиотку.
— В пост? – наивно спросила я.
Она окинула меня ледяным взглядом.
Семён поднёс ко рту вилку с мясом, но свекровь перехватила его руку.
— Хватит, Сёма. У тебя и так холестерин высокий. Положи ему пирога. Надеюсь, от него не будет изжоги, — проворчала Мария Васильевна.
Семён с тоской посмотрел на мясо. Я поставила перед ним блюдечко с порядочным куском пирога.
— Мария Васильевна, я сейчас заварю зелёный чай, — сказала я, вскочила со стула выпрямившейся пружиной, подскочила к шкафу и достала упаковку с пакетиками зелёного чая.
— Ты собираешься меня отравить? Чай в пакетиках нельзя пить. Там же сплошной пластик, — скривилась она. – Сядь! Не стоит беспокоиться, одна чашка чёрного чая не убьёт меня, надеюсь.
Свекровь отпила из чашки и даже не поморщилась, к моему искреннему удивлению.
Они с Семёном пили чай, а я сидела, боясь шелохнуться и сделать снова что-то не так. Наконец, Мария Васильевна отставила пустую чашку. Её щёки порозовели, настроение явно улучшилось.
— А где же Стасик? – спросила она, милостиво взглянув на меня. – Пора бы ему давно быть дома.
Почему она взрослого мужчину называла уменьшительно-ласкательным именем, для меня всегда было загадкой. Стас этого, кстати, терпеть не мог. Если вы заметили, меня она вообще никак не называла.
— А разве я не сказала? Он уехал на похороны. Умер его институтский друг. Вдова ночью позвонила и просила приехать. Стас вернётся послезавтра.
— Да? Значит, я пропустила мимо ушей. Жалко, – сказала свекровь, поджав губы.
Я не поняла, было ей жалко, что она не застала дома сына, или что так некстати умер его друг. Мы помолчали каждый о своём.
