– Что тут произошло?! Это же мой рабочий макбук! Там все мои проекты!
– Алиночка, успокойся, дети не специально… – Тамара пыталась встать между дочерью и перепуганными мальчиками.
– Не специально?! Да мне плевать! Это макбук последней модели, я его месяц назад купила за двести пятьдесят тысяч! Двести! Пятьдесят! Тысяч!
Алина орала так, что у Валентины заложило уши. Денис прижался к бабушке, всхлипывая. Артем опустил голову, пряча слезы.
– Я возмещу ущерб, – тихо сказала Валентина. – Простите, пожалуйста. Дети не хотели ничего плохого.
– Возместите? Серьезно? – Алина смерила ее презрительным взглядом с головы до ног. – И когда? Мне десять лет ждать, пока вы по пять тысяч с пенсии отдавать будете?
– Алина, прекрати! – Тамара попыталась успокоить дочь, но та развернулась к ней.
– Это ты прекрати! Привела сюда этих… этих малолетних вандалов! Я работала, у меня дедлайны! А теперь все уничтожено!
Валентина обняла внуков, прижала к себе.
– Мы пойдем, – сказала она, стараясь сохранить достоинство. – Я пришлю вам деньги, как только смогу. Дайте номер карты.
Алина фыркнула, но продиктовала номер. Валентина записала цифры в телефон трясущимися пальцами. Тамара проводила их до двери, на прощание шепнула:
– Не обижайся, Валь. Она просто на нервах, работа сложная.
Валентина кивнула, хотя внутри все горело от унижения и обиды. В метро внуки молчали, прижавшись к ней с двух сторон. Дома она накормила их супом, уложила отдыхать.
Вечером приехали дети. Валентина, собравшись с духом, рассказала о случившемся.
– Двести пятьдесят тысяч, – повторила она, глядя на невестку. – Оксаночка, может, поможете хотя бы частично? Я понимаю, дети набедокурили, но…
Оксана выслушала, поджав губы. Ее красивое лицо с идеальным макияжем оставалось непроницаемым.
– Валентина Петровна, вы же взрослый человек. Взялись присматривать за детьми – будьте добры, несите ответственность. Вы за внуками не уследили – вы и платите.
Слова невестки резанули глубоко. Валентина перевела взгляд на сына, который молча обувал детей.
– Мам, Оксана права, – он не поднял глаз. – Ты должна была следить внимательнее за мальчиками. Это твоя оплошность.
Ее семья, самые близкие люди, скомкано попрощались и ушли.
Валентина медленно прошла на кухню, села за стол. Пенсия – девятнадцать тысяч. Коммуналка – семь. На еду, лекарства – еще восемь. Оставалось четыре тысячи, которые она обычно откладывала на подарки внукам, на их дни рождения.
