«Выходи за меня» — сказал Иван, обнимая и целуя Марину

Иван насупился. Он почувствовал, что был неправ в своём скороспелом суждении. Его поразила красота девушки, которую он всё же успел заметить. Отсюда и вызвало досаду это несправедливое обстоятельство: такая красивая и вдруг – уборщица…

Иван запомнил время, в которое он застал Марину у матери. Решил ещё раз взглянуть на старательную студентку. В эту пятницу он пришёл к матери чуть раньше.

Ольга Ивановна пошла на кухню ставить чайник, а Иван стал исподволь посматривать из прихожей на молодую уборщицу. Девушка действительно убиралась быстро и ловко, отточенные и плавные движения были похожи на некий ритуал наведения чистоты и порядка.

Ольга Ивановна не торопилась выходить из кухни, она ставила на стол три чашки и три розетки под варенье, собираясь пригласить на чаепитие и Марину. А Марина, заканчивая уборку, заторопилась уходить, и Ольге Ивановне стоило усилий привести её на кухню, где Иван разливал чай.

Марина была действительно хороша: спортивного телосложения, гладкие темные волосы собраны в хвост, зелёные глаза.

— А если Вы студентка юридического, почему не хотите подрабатывать по специальности? – спросил Иван, — у нас как раз такая же фирма.

— Спасибо. Но мне по специальности пока рано. Буду чувствовать себя ущербной. Я пока занимаюсь, много сижу, читаю. Не хватает физической нагрузки, движения. Вот я вместе спортзала и решила найти самую простую работу: чтобы голова отдыхала, а физическая нагрузка была. Ну, и заработок, конечно, не последнее дело. Никогда не лишний, — просто ответила Марина.

— Молодец, Мариночка, — сказала Ольга Ивановна. – Никакой работой гнушаться нельзя.

— Молодец-то, молодец, но практику я могу организовать Вам в нашем учреждении. Она ведь будет необходима.

Марина поблагодарила за чай и ушла. А сын и мать остались одни на кухне. Оба молчали. По рассеянному взгляду Ивана Ольга Ивановна видела, что сын заинтересовался девушкой, но ничего больше не говорила. «Вот теперь уж пусть думает сам. Сердцу не прикажешь. Но, кажется, понравилась…»

Шли недели. Чаепития по пятницам стали привычными и весёлыми на кухне Ольги Ивановны.

— Сообразим чайку на троих? – радовался Иван и усаживался рядом с Мариной, заглядывая в её зелёные глаза. Теперь они болтали без умолку обо всем: о работе Ивана, учёбе Марины, недугах Ольги Ивановны.