Марина с трудом сдержала улыбку, когда начальник вручил ей конверт с премией. Тридцать тысяч. Не огромные деньги, но для неё — возможность наконец начать ремонт в ванной, который они с Денисом откладывали уже два года.
Она зашла в магазин по дороге домой, купила бутылку хорошего вина и его любимые сырные шарики. Пусть маленький праздник — она заслужила.
Денис встретил её на кухне, развалившись на стуле и листая ленту в телефоне. Даже не поднял головы, когда она поставила пакеты на стол.
— Ден, у меня премия! — Марина достала конверт, ожидая хотя бы одобрительного кивка.
— О, — наконец оторвался от экрана. — Кстати, к деньгам. Нам нужно поговорить.
Он отложил телефон, и Марина сразу почувствовала холодок внутри. Такой тон у него бывал только перед чем-то неприятным.
— Женька с Катькой наконец-то свадьбу назначают, — сказал Денис, наливая себе вина. — Но там проблема.
— Какая? — Марина осторожно присела напротив.
— У Катьки родители — люди с положением. Ресторан нужен дорогой, платье «как у всех нормальных невест», и вообще, чтобы всё «по высшему». А у Жени денег, как обычно, нет.
Марина медленно поставила бокал.
— И что, они снова к нам?
— Ну, мы же семья, — Денис хмыкнул. — Ты же не хочешь, чтобы мой брат выглядел нищебродом?
— Ден, у нас самих ванная течёт…
— Да ладно, — он махнул рукой. — Ты же получила премию? Вот и отдадим её Женьке. Ты на свадьбу всё равно не пойдёшь — у тебя же с Катькой не сложилось.
— То есть… ты хочешь, чтобы я отдала свои деньги на их свадьбу, а сама сидела дома?
— Ну да, — Денис удивлённо поднял брови. — А что тут такого?
Тишина повисла тяжёлым одеялом. Марина сжала кулаки под столом.
— Я сказала нет. Это мои деньги. Моя премия.
Денис откинулся на спинку стула, лицо его стало каменным.
— Ты вообще понимаешь, что говоришь? Мы семья. Ты мне должна.
— Должна? — голос Марины дрогнул.
— Да! Я тебя из той конуры, где ты снимала комнату, вытащил! Квартиру моя мама нам помогла купить! А ты даже помочь моему брату не можешь?
Марина встала, чувствуя, как дрожат колени.
— Я не отдам эти деньги.
Денис резко встал, стул грохнулся на пол.
Он вышел, хлопнув дверью. А Марина осталась стоять среди кухни, сжимая в руках конверт, который ещё утром казался счастливым билетом.
Теперь это была война.
Марина плохо спала ночью. Каждый раз, когда она начинала проваливаться в сон, перед глазами вставало лицо Дениса — холодное, чуждое. Она ворочалась, натягивала одеяло до подбородка, но ощущение ледяного кома в груди не проходило.
Утро началось с телефонного звонка. На экране высветилось: «Свекровь». Марина глубоко вдохнула и взяла трубку.
— Марина, здравствуй, — голос Людмилы Петровны звучал неестественно сладко. — Как дела?
— Нормально, — осторожно ответила Марина, сразу понимая, что этот звонок — не просто так.
— Денис мне вчера звонил… — свекровь сделала паузу, будто давая ей время подготовиться. — Ты вообще понимаешь, в какое положение ставишь семью?
Марина стиснула телефон.
— Ну как же! Женина невеста — девушка из хорошей семьи! Если свадьба будет дешёвой, все подумают, что мы нищие! Ты же не хочешь, чтобы над нами смеялись?
Марина закрыла глаза. Опять этот манипулятивный тон, эти намёки, что она «недостаточно хороша» для их семьи.
— Людмила Петровна, у нас с Денисом свои планы на эти деньги.
— Какие ещё планы?! — слащавый тон мгновенно исчез. — Ты что, ребёнка, наконец, собралась рожать? Так в твои-то годы уже поздно!
Марина почувствовала, как по щекам разливается жар.
— Я не обязана отчитываться, на что коплю.
— Обязана! — голос свекрови стал резким. — Мы тебя в семью приняли, квартиру помогли купить! А ты ведёшь себя как последняя эгоистка!
Марина не успела ответить — в трубке раздались короткие гудки.
Она сидела, уставившись в стену, когда раздался ещё один звонок. Незнакомый номер.
— Марин, привет, это Женя, — раздался весёлый голос брата Дениса. — Слушай, мне Денис сказал, что у тебя какие-то проблемы с деньгами для нашей свадьбы?
— Женя, у меня нет «проблем». У меня есть свои планы.
— Да ладно, — он засмеялся. (продолжение в статье)
— Никогда не простишь? – он поднял на неё взгляд.
Столько в этом взгляде было боли, столько муки. Наташа ненавидела его и любила всем сердцем. И не знала, как будет жить, когда он выйдет из её квартиры. Выйдет, чтобы никогда не вернуться. Выйдет, и уйдёт к другой...
Наташа с Андреем познакомились в десятом классе школы – он учился там с первого класса, а Наташка была новенькой. Мать с отцом развелись, и они с мамой переехали в район, который, мягко говоря, считался неблагополучным. Издержки размена квартиры, ничего не поделать!
Может не так хорошо и прижилась бы воспитанная на книжках и рукоделии Наташа в новой школе, если бы не Андрей. Он взялся опекать Наташу. Новенькая сильно ему понравилась. Мама, познакомившись с Андреем, пришла в ужас:
— Боже, зачем тебе этот гопник?! – спросила Алевтина, когда Андрей ушёл.
— Мама, он хороший! Гопники все уходят после девятого, Андрей нормально учится.
Парень тоже понравился Наташе, но тогда не так сильно, как она ему. Девочку коробили, конечно, некоторые замашки Андрея, его низкопробный юмор, его семья, в которой родители вечно скандалили, но не разводились, и едва ли прочли в жизни хоть одну книгу.
— Не хочу как предки жить. – серьёзно заявлял Андрей. – Хочу получить образование.
Это заслуживало уважения. А ещё Андрей так трогательно оберегал Наташу от всех и вся, что она тоже влюбилась.
Пожениться они решили после института. Андрей поступил в физкультурный – по профилю он был очень хорош, в остальном ему помог тренер по боксу, Сергей Геннадьевич. Рассуждал он забавно, но понятно для Андрея:
— Начнёшь хоть с физры в школе, с дополнительными занятиями для желающих. Наработаешь базу, авторитет, а когда-нибудь будешь тренером, как я. Востребованным, не хухры-мухры. Будешь тоже ездить на джипе, и в мокасинах от Гуччи ходить.
Наташе мотивация, которую вещал Андрею Геннадич, была смешна, конечно, но главное-то результат. Парень поступил и учился, а что ещё надо? Пусть с помощью связей поступил, но учился-то сам!
Наташа училась в литературном институте. Писать книги – это была её мечта. Училась она хорошо, к мечте шла упорно и радостно, но Алевтину смущало наличие Андрея в жизни дочери.
— Школа-то закончилась! Зачем тебе нянька?
— Мам, Андрей мне не нянька. Я его люблю.
Мать сжимала зубы и старалась не лезть. Она понимала: личная жизнь на то и называется личной, чтобы не вмешиваться, но Боже… как же это глупо! Ведь могла бы в институте подобрать себе кого-то подходящего по интересам. Нет, сдался ей этот хулиган.
— Мама, чем ты недовольна? Андрей учится, получает профессию.
— Физрук – это теперь профессия?
— Что за снобизм? Конечно! Кто-то должен заниматься физической культурой детей!
Алевтина сдалась и отстала. (продолжение в статье)
— Люда, ты представляешь? — Татьяна Петровна нервно размешивала в чашке улун. — Карине премию дали. Огромную! А эта... эта выскочка даже не собирается делиться с семьей!
Подруга покачала головой:
— И сколько дали-то?
— Полмиллиона! — Татьяна Петровна понизила голос, хотя в кафе было шумно. — Моя Викуля уже присмотрела машину как раз за такую сумму. Белая такая, компактная...
— А Карина в курсе твоих планов?
— При чем тут Карина? — свекровь поджала губы. — Она же часть семьи теперь. А в семье все общее.
— И что говорит Олег?
— Олежек... — Татьяна Петровна мечтательно улыбнулась. — Он же у меня понимающий. Знает, как сестренке машина нужна.
— А жене что нужно – знает?
— Люда! — Татьяна Петровна стукнула ложечкой по блюдцу. — Ты на чьей стороне? Эта девочка получает больше моего сына, представляешь? Какой позор...
— Не понимаю, чего ты так переживаешь, — Людмила отломила кусочек торта. — Карина же хороший специалист, вот и зарабатывает...
— Ой, специалист! — Татьяна Петровна поморщилась. — Подумаешь, детский врач. Мой Олежек, между прочим, кандидатскую защитил. А получает копейки...
— Так может, ему тоже стоит что-то поменять? В частную клинику пойти?
— В частную? — свекровь возмутилась. — У нас вся семья в университете преподает! Это традиция!
За соседним столиком молодая пара что-то увлеченно обсуждала. Татьяна Петровна проводила их недовольным взглядом: — Вот, все сейчас только о деньгах думают. А мы в наше время...
— В наше время ты тоже неплохо устроилась, — перебила подруга. — На кафедре, при муже-профессоре...
— Это другое! Мы с институтом всю жизнь связаны. А эта... пришла со своей частной практикой, и теперь нос задирает.
— Таня, — Людмила отставила чашку. — Ты же сама хотела, чтобы Олег женился на враче.
— На враче! — Татьяна Петровна понизила голос. — А не на этой карьеристке. Думала, будет скромно в поликлинике работать, потом в декрет уйдет... А она что? Частная клиника, ночные дежурства, теперь вот премия эта...
— И что плохого в премии?
— Как что? Викуля машину хочет, а невестка и слышать не желает! "Я эти деньги заработала", — передразнила она Карину. — Будто мы не семья.
— А Вика сама не может заработать?
Татьяна Петровна махнула рукой: — Она у нас творческая натура. Не создана для этой суеты. Вот выйдет замуж...
— За кого? — Людмила усмехнулась. — Она же третий год женихов перебирает. То не такой, этот не эдакий...
— Потому что разборчивая! — свекровь гордо выпрямилась. — Не то что некоторые... Олежек мой тоже мог бы получше партию найти.
В этот момент телефон на столе завибрировал. Сообщение от сына: "Мам, мы с Кариной вечером заедем. Надо поговорить."
— Вот! — Татьяна Петровна показала экран подруге. (продолжение в статье)