Валентина тяжело вздохнула.
— Я хотела это прекратить, но врачи говорят, что уже поздно. У меня нет выбора — придется рожать.
Голос Марины смягчился.
— Мам, не переживай. Если Бог поставил тебя в эту ситуацию, Он и выведет тебя из неё. А я буду рядом.
Слезы покатились по щекам Валентины.
— Дорогая, я хотела сказать тебе кое-что еще тогда… но ты меня перебила.
— Мама, сейчас ничего другого не имеет значения. Просто береги себя. Мы справимся вместе.
С поддержкой дочери Валентина обрела силы двигаться дальше. Зять Алексей тоже поддерживал её, регулярно навещая и помогая с заботами. Но всё изменилось в день, когда родились близнецы.
Дети были крошечные, хрупкие, но здоровые. Когда медсестра передала малышей Марине и Алексею, они оба замерли.
На плечах у каждого из близнецов была родинка — абсолютно такая же, как у Алексея.
— Как это возможно? — прошептала она, чувствуя, как бешено стучит её сердце.
Алексей ошеломленно смотрел на детей.
— Я не знаю… но, Марина, это не то, о чем ты думаешь.
Марина резко повернулась к нему, её глаза сверкали обидой.
— Ты… изменил мне с моей матерью?!
Челюсть Алексея отвисла.
— Что?! Да как ты могла вообще подумать о таком?!
Марина показала на родинки.
— Тогда объясни это! Та же родинка, что у тебя! Как такое возможно?!
Алексей отчаянно пытался подобрать слова.
— Марина, пожалуйста, давай сначала поговорим с твоей мамой, прежде чем делать выводы.
Но Марина уже ворвалась в палату Валентины, по щекам у неё текли слезы.
— Мама! — закричала она, её голос дрожал от гнева. — Как ты могла так поступить со мной?! Сколько это продолжается?!
Валентина, всё ещё слабая после родов, моргнула в недоумении.
— Дорогая, о чем ты говоришь?
— Близнецы! У них родинка Алексея! Это значит… — голос Марины сорвался, — это значит, что ты и Алексей…
Глаза Валентины широко распахнулись от шока.
— Марина, нет! Ты всё не так поняла!
В комнату вошел Алексей, пытаясь успокоить жену.
— Марина, давай выслушаем твою маму. Дай ей объясниться.
Валентина глубоко вдохнула и протянула руку к дочери.
— Дорогая, есть кое-что, что я должна была рассказать раньше. Но я боялась.
Марина отстранилась, но Валентина продолжила.
— Отец близнецов… это не Алексей. Это его отец.
Повисла гробовая тишина.
Лицо Алексея стало пепельно-серым.
