— Миш, мне стыдно об этом говорить, но…, — Аня с трудом подбирала слова, — мне кажется, что мама твоя у нас подворовывает… Ты прости, но я без твоего ведома камеру в спальне нашей установила. Вот, смотри: твоя мама подходит к комоду, достает оттуда мой бюстгальтер… Примеряет его… Видишь, что дальше происходит?!
Анна проснулась, лениво потянулась, ощущая тепло любимого рядом — Михаил посапывал во сне, уткнувшись носом ей в плечо. Она улыбнулась, вспоминая вчерашний вечер — их, пусть и скромный, но такой долгожданный ужин при свечах, просмотр глупой комедии и долгие разговоры ни о чем. — Вот оно, счастье, — подумала Анна, и тут ее взгляд упал на календарь, — боже, уже пятница! Значит, сегодня… Настроение сразу испортилось. — Значит, сегодня жди Ольгу Алексеевну, — закончила она мысленно фразу, которая в последнее время звучала у нее в голове все чаще и чаще. Ольга Алексеевна, свекровь Анны, была женщиной, как говорится, с характером. Не то чтобы злая, нет. Но властная — это точно. И привыкшая к тому, что ее мнение всегда самое правильное. С Михаилом у нее были особые отношения — он был ее единственным сыном, поздним ребенком, и она души в нем не чаяла. После свадьбы Ольга Алексеевна стала приходить к ним чуть ли не каждый день. Вроде как помогать. Но помощь эта больше походила на…проверку… — Мишенька, ты хоть кушаешь нормально? — доносился из кухни голос Ольги Алексеевны, — холодильник пустой! А нет, есть что-то… Это что? Котлеты! Аня, ну разве так можно готовить котлеты? Они же сухие! Аня, пытаясь не огрызнуться, вежливо отвечала: — Ольга Алексеевна, у Михаила нет проблем с аппетитом. А котлеты нормальные. Мен понравились. И Мише — тоже. — Да он просто обидеть тебя не хотел! — фыркала свекровь, — поэтому и сказал, что ему все нравится! Мясо надо выбирать правильно, а не первое попавшееся брать. Вот я всегда… И дальше следовала длинная лекция о том, как правильно выбирать мясо, как его перекручивать, как добавлять хлеб и лук и в каком количестве. Анна молча кивала, стараясь не выдать своего раздражения. Вечером, когда Михаил возвращался с работы, она делилась с ним своими переживаниями. — Миш, ну правда, я все понимаю, она твоя мама, и ты ее любишь. Но она же меня просто изводит! Целый день ходит за мной по пятам, указывает, что и как делать. Я же не маленькая, в конце концов! Михаил обнимал ее и попытался успокоить: — Ну, Ань, ты чего? Мама просто хочет помочь. Она же переживает за нас. Ты не обижайся на нее. — Помочь?! Миша, да она мне жизни не дает! Она считает, что я ничего не умею. Она даже занавески перевесила! — Занавески? — удивился Михаил, — а зачем? — А затем, что мои ей не понравились! Сказала, что слишком яркие и не подходят к обоям. Михаил только вздыхал. Он знал, что Анна расстроена, и ему было неловко перед ней. С мамой он говорить не хотел — понимал, что это ни к чему не приведет. Родительница все равно останется при своем мнении. — Ладно, Ань, давай не будем ссориться из-за этого. Я с ней поговорю. Только ты, пожалуйста, не сердись. Но разговор Михаила с мамой не приносил никаких результатов. Никогда. — Миша, ну что ты, как маленький? — ворковала Ольга Алексеевна, — я же только добра вам желаю. Хочу, чтобы у вас все было хорошо. А Анна твоя… Ну, что с нее взять? Молодая еще, неопытная. Я ей просто помогаю. — Мам, ей это не нравится. Она чувствует, что ты ее контролируешь. — Контролирую? Да что ты выдумываешь! Я просто даю советы. Если она их не слушает, то это уже ее проблемы. Несколько месяцев Аня просто терпела, а потом решила, что нужно менять тактику — вместо того, чтобы молча терпеть и обижаться, нужно дать отпор. Как-то раз, когда Ольга Алексеевна, как обычно, пришла к ним с помощью, Анна ей широко улыбнулась: — Ольга Алексеевна, спасибо, что пришли. Но у меня сегодня много дел, поэтому, наверное, вам не стоит задерживаться. — Как это не стоит? — удивилась свекровь, — а помочь? Я хотела… — А у меня все готово. И обед на сегодня, и уборку я уже закончила. Так что, правда, вам лучше отдохнуть. Ольга Алексеевна опешила от такой наглости. — Ну, знаешь ли… — начала она, но Анна не дала ей закончить. — А знаете что, Ольга Алексеевна? Вы лучше сходите в театр. Говорят, там сейчас дают очень интересную пьесу. Или с подругами посидите в кафе. У вас же наверняка есть и другие дела, кроме как следить за моей жизнью. Зачастили вы в последнее время… — Да как ты смеешь со мной так разговаривать?! — возмутилась свекровь. — А как вы смеете влезать в мою жизнь? — ответила Анна, — я вас не просила о помощи. (продолжение в статье)
– Денис, я уже сто раз объяснила – сейчас не время для детей, – Антонина закрыла ноутбук и повернулась к мужу. – Мне только что предложили возглавить новый проект. Это шанс, которого я ждала три года.
– А я жду наследника уже три года! – резко выкрикнул Денис. – Тоня, нам по тридцать! Биологические часы тикают, а ты все о какой-то карьере думаешь.
Антонина медленно выдохнула. Эти разговоры повторялись с завидной регулярностью последние полгода, и каждый раз муж становился все настойчивее.
– Моя работа важна! Ты же не бросаешь должность ради отцовства!
– Это разные вещи! Мужчина должен обеспечивать семью, а женщина – рожать детей. Естественный порядок вещей.
Антонина сжала губы. Эти архаичные взгляды Дениса всплывали все чаще, словно брак стер тонкую пелену, за которой он их прятал во время ухаживаний.
– Естественный порядок – это когда люди сами решают, когда им становиться родителями, – она встала и принялась убирать со стола. – Я не готова сейчас. Точка.
– Когда же ты будешь готова? В сорок? В пятьдесят? – голос Дениса становился громче. – А может, вообще никогда?
Лада, дремавшая на своей лежанке у балконной двери, подняла голову и тревожно посмотрела на хозяйку. Рыжая дворняжка всегда тонко реагировала на напряжение в доме.
– Через пару лет обязательно подумаем об этом, – Антонина присела рядом с собакой и погладила ее по голове. – Правда, девочка?
Денис проследил за ее движением и скривился.
– Вот именно в этом и проблема. Ты все материнские инстинкты тратишь на эту псину.
– Не смей так говорить о Ладе, – Антонина резко обернулась. – Она член нашей семьи.
– Семьи? Собака – это животное, а не ребенок! – Денис хлопнул ладонью по столу. – Я больше не намерен это терпеть!
Следующие дни превратились в настоящую осаду. Денис полностью посвятил время убеждению жены. Утром, едва Антонина открывала глаза, он начинал очередную лекцию о родительском долге. Вечером встречал ее с новыми аргументами о тикающих часах.
– Посмотри на Машку, – говорил он, листая социальные сети. – В твоем возрасте у нее уже двое детей. (продолжение в статье)