— Алло, Юля? — услышала она незнакомый мужской голос. — Да. — Вы меня не знаете. Я — сосед Петра... — Чей сосед? — не поняла Юля. — Говорите громче. Плохо слышно. — Петра. — Какого Петра? — Вашего бывшего мужа. Он сам говорить не может. Потому что с ним случилось несчастье. Вы не могли бы подъехать к нему?
***
Пётр и предположить не мог, что на сорок первом году своей жизни окажется в столь непростой ситуации.
«Скверное дело, — думал он. — С работы я уже давно уволился. И с тех пор нигде не работал. Поэтому работать, можно сказать, я уже разучился. А деньги, какие были, все истратил. За квартиру платить нечем, еды купить не на что. Как жить дальше? Ума не приложу». Последние года полтора, он над таким вопросом не задумывался. Потому что весело жил на деньги, доставшиеся ему в наследство от мамы. Именно тогда, когда мамы не стало, Пётр и уволился с работы. «Зачем мне теперь работать? — думал он, вступая в наследство. — Маминых денег мне надолго хватит». Хватило ровно на полтора года. И настал тот самый день, когда на кухне шаром покати. Соли и той не было. А на столе пачка неоплаченных квитанций за квартиру. «Как же это так? — думал он воскресным днём, оставаясь в постели. — Ещё недавно я был богатым человеком. В моём распоряжении был почти миллион рублей. И вот на тебе. Ничего не осталось. Хоть вообще с постели не вставай». Пётр повернулся на другой бок. В голову полезли мысли насчёт работы. Но Пётр их быстро отогнал. «Дурное дело — не хитрое, — думал он. — Работать любой сможет. Ты вот попробуй, не работая, прожить. А иначе, для чего у тебя голова на плечах». Усилием воли Пётр отогнал от себя мысли о работе, которые он и называл глупыми. И как только сознание очистилось, так сразу Пётр и вспомнил о Юле. «Чего же это я лежу-то! — подумал он, выпрыгивая из постели. — У меня ведь бывшая жена есть. Юля! Как я мог о ней забыть!»
Они расстались семь лет назад.
И с тех пор Пётр ни разу не поинтересовался, как живёт его бывшая жена. Сразу после развода Пётр и думать перестал о Юле. И вот сейчас вспомнил. «Я знаю, — думал он, натягивая штаны и рубашку, — что она очень добрая и отзывчивая женщина. А поскольку люди не меняются, стало быть, она по-прежнему готова помочь любому, кто в беде и просит её об этом». Хорошее настроение снова вернулось к Петру. «Прикинусь беспомощным, — рассуждал он. — Попрошу помощи. Юлька не откажет. Надо только сразу решить, что именно я хочу от неё. Жадничать не буду. Ничего лишнего. Всё зависит от того, что она имеет. Но прежде необходимо подготовиться. Придать себе соответствующий моему тяжёлому положению вид». (продолжение в статье)
– Свет, ну что ты начинаешь? – Олег устало потёр виски, не глядя на неё. Его голос был хриплым, будто он весь день кричал на стройке, хотя уже три года работал в офисе.
Света стояла у кухонного стола, сжимая в руках телефон. На экране светилась банковская выписка – двадцать тысяч рублей, отправленные на счёт с именем "Ирина". Имя, которое Света старалась не произносить вслух, но которое, кажется, навсегда въелось в их семейную жизнь.
– Я не начинаю, – её голос дрожал, но она старалась держать себя в руках. – Я спрашиваю. Это уже третий раз за месяц, Олег. Третий!
Он откинулся на спинку стула, глядя куда-то в потолок. Кухня, маленькая, но уютная, с запахом свежесваренного кофе, вдруг стала тесной, будто стены сжались вокруг них.
– Ирина попросила, – наконец сказал он, понизив голос. – У Егора проблемы в школе, нужны деньги на репетитора. Я не могу просто взять и отказать. Это мой сын.
Света почувствовала, как внутри всё сжимается. Егор. Конечно, Егор. Мальчик, которого она видела пару раз за два года их с Олегом брака. Мальчик, который смотрел на неё настороженно, как на чужую тётку, вторгшуюся в его жизнь.
– А ты не думал, что у нас тоже есть проблемы? – она положила телефон на стол, словно улику в суде. – Мы копим на ремонт, Олег. Ты обещал, что в этом году сделаем ванную. Или это теперь не важно?
Он резко встал, стул скрипнул по линолеуму.
– Света, не передёргивай. Я всё помню. Но Егор – это не "проблема". Он мой ребёнок.
– А я твоя жена! – выпалила она, и её голос сорвался на крик. – Или это уже не считается?
Света отвернулась к окну, чтобы он не увидел, как её глаза наполняются слезами. За окном – серый двор, мокрый асфальт, и пара ворон. Она глубоко вдохнула, пытаясь успокоиться. Два года назад, когда она выходила за Олега, всё казалось таким простым. Любовь, новая семья, общие планы. Но потом в их жизнь, как непрошеный гость, ворвалась Ирина – бывшая жена Олега, мать его сына. И с каждым переводом денег, с каждым звонком, с каждым "Олег, нам надо поговорить", Света чувствовала, что её место в этой семье становится всё более зыбким.
Они познакомились три года назад на корпоративе. Олег, высокий, с лёгкой сединой в тёмных волосах, тогда ещё носил обручальное кольцо, но уже был в разводе. Он шутил, рассказывал истории про свои стройки – он раньше был прорабом, – и Света, смеясь над его байками, не могла отвести взгляд от его тёплых карих глаз. Через полгода он сделал предложение, и она, не раздумывая, сказала "да". Егор тогда казался просто частью его прошлого – далёкой, почти неосязаемой. Но прошлое, как оказалось, имеет привычку возвращаться.
– Давай спокойно поговорим, – Олег подошёл к ней, положил руку на плечо. Она напряглась, но не отстранилась. – Я же не скрываю, Свет. Ты всё знаешь. Ирина не работает, у неё сейчас тяжело с деньгами. А Егор… ему нужно готовиться к экзаменам.
– А почему она не работает? – Света резко повернулась к нему. – Она же не инвалид, Олег. Ей сорок лет, она здоровая женщина. Почему ты должен содержать её, а не только Егора?
Олег нахмурился, и в его глазах мелькнула тень раздражения.
– Ты не понимаешь. Она воспитывает нашего сына. Это не так просто.
– А я понимаю, что мы живём на одну твою зарплату, – Света скрестила руки на груди. – И каждый раз, когда ты отправляешь ей деньги, мы откладываем свои планы. Нашу жизнь, Олег.
Он молчал, глядя в пол. Тишина повисла тяжёлая, как сырой осенний воздух за окном. Наконец он сказал:
– Я не хочу ссориться. Давай я завтра поговорю с Ириной, попробую что-то придумать.
– Что придумать? – Света посмотрела на него с недоверием. – Ты уже сколько раз "разговаривал"? И что изменилось?
Олег не ответил. Он просто взял куртку и вышел из кухни, пробормотав что-то про "пройдусь". Дверь хлопнула, и Света осталась одна. Она опустилась на стул, чувствуя, как усталость накатывает волной. Ей хотелось кричать, плакать, разбить что-нибудь – но вместо этого она просто сидела, глядя на остывающий кофе в кружке.
На следующий день Олег ушёл на работу рано, оставив записку: "Прости за вчера. Люблю тебя. Поговорим вечером". Света прочитала её, смяла в кулаке и бросила в мусорку. Она не хотела больше разговоров. Ей нужны были действия.
Днём она поехала к своей подруге Наташе – единственному человеку, которому могла рассказать всё без утайки. Наташа, полная, шумная, с вечно растрёпанными рыжими волосами, встретила её с кружкой чая и коробкой эклеров.
– Ну, рассказывай, что у вас опять стряслось? – Наташа плюхнулась на диван, поджав под себя ноги.
Света вздохнула, глядя на узор на обоях в Наташиной гостиной.
– Он опять перевёл деньги Ирине. Без моего ведома. Двадцать тысяч, Наташ. Это половина того, что мы отложили на ремонт ванной.
– Ну, Олег, конечно, даёт. И что, он даже не сказал тебе?
– Нет. Я сама увидела в выписке. А он… он говорит, что это для Егора. Что у того проблемы в школе, репетитор нужен.
– А ты уверена, что это для Егора? – Наташа прищурилась, откусывая кусок эклера. – Может, эта Ирина просто тянет из него деньги?
Света пожала плечами. Этот вопрос мучил её уже не первый месяц. Она никогда не видела Ирину – только слышала её голос по телефону, когда та звонила Олегу. Голос низкий, с лёгкой хрипотцой, уверенный. Света представляла её высокой, с идеальной укладкой и холодным взглядом. Женщиной, которая знает, как держать мужчину на крючке.
– Я не знаю, Наташ. Но даже если это для Егора… почему он не может обсудить это со мной? Мы же семья. Или я для него не семья?
Наташа наклонилась ближе, её глаза блестели от возмущения.
– Слушай, Свет, ты слишком долго молчишь. Надо ставить вопрос ребром. Или он с тобой, или с ней. Нельзя жить на два фронта. (продолжение в статье)