«Не квартира, а вокзальный сортир…» — раздраженно бубнила Лариса, не оставляя матери шанса на мирное сосуществование

-Щёлк-щёлк-щёлк… — при звуках открывающегося замка на входной двери Елена Ивановна привычно втянула голову в плечи и поспешно ушла в свою комнату, стараясь пересидеть там первые минуты возвращения Лариски с работы.

Ведь из прихожей сразу же раздался раздраженный бубнёж дочери.

-Не квартира, а вокзальный сортир… Да и на вокзалах сейчас приятнее в туалетах пахнет… Сколько мне терпеть-то ещё?!!

Елена Ивановна еще больше сгорбилась, со страхом глядя на дверь своей комнаты: » Хоть бы не зашла!».

Чаще всего так и получалось. .

-Сколько можно тебя просить — не ждать, когда подопрет?!! Нужно заранее, понимаешь это слово??? За-ра-нее в санузел топать! А тебе наплевать! Хоть проси, хоть нет!! Хоть кол на голове теши тебе!!

Старушка съежилась от крика и справедливых обвинений дочери.

Но ведь она старалась… Заранее…Но не всегда получалось утерпеть… Завтра будет с утра до вечера на горшке сидеть, чтобы Лорка не кричала так сильно…

-Доча… я постараюсь…завтра… — робко улыбнулась Елена Ивановна. — И ещё мне помыться бы… да не могу я в твою ванну залезть… да и куда что крутить не понимаю, чтобы из душа вода лилась…поможешь?

-Некогда мне. Да и устала. Вон возьми тазик и ковшик — обмоешься… — — сначала усмехнулась Лариса, потом сорвалась на крик, уставившись в упор в гла матери. -О, Господи!!!! Как же ты меня дос-та-ла!!!

Старушка с недоумением смотрела в когда-то родные глаза своей дочери.

Она не могла поверить, что её кровинушка может смотреть на неё с такой вот ненавистью — кажется, что и не глаза у Лариски совсем, а ощеренные револьверные дула.

И из них в такт к грубым словам летят огненные пули….прямо в сердце …. в старенькое сердце матери. -Да… вот ещё, чуть не забыла… мне что — замок на свой холодильник повесить? — немного успокоившись, уже на выходе почти спокойно прошипела Лариса— Ты почему в мой холодильник опять лазила?! Крысятничаешь? Не хорошо!

У старушки от стыда запершило в горле и бешено забарабанило сердце — ведь она и правда залезла сегодня в огромный, как шкаф, Ларкин холодильник.

Открыла… вздохнула, гляди на полки с деликатесами, фруктами и овощами, часть из которых она даже никогда не видела в своей жизни.

Особенно ей, прям до жути, хотелось попробовать йогурт в точно такой баночке, которую по телевизору в рекламе показывают. Его ещё все дети обожают.

Но Елена Ивановна йогурт не тронула — просто покрутила баночку в руке.

А вот половинку чайной ложечки сметаны взяла — уж больно хотелось чай не с голым хлебом пить.

Стыдно-то как! Далась ей эта сметана! С пенсии бы купила.

-Прости, доченька… Я больше не буду… — слёзы катились из глаз старушки.

-Не будешь? И крошить хлеб на пол не будешь? И дорожки ногами загребать не будешь?! И тряпочки свои в ванной на полотенцесушитель развешивать не будешь?!!! И по ночам в туалет шастать не будешь?!!! У-у-у-у-, не-на-вижу!!! Дос-та-ла!!!!!