— Ну ты у нас, конечно же, настоящая искусительница, умеющая пленить мужчин одним лишь взглядом, — произнёс Игорь Павлович, уже немолодой мужчина с ухоженной бородой и проницательными глазами. Каждое его слово звучало как комплимент, от которого Наде становилось тепло на душе.
Она застенчиво улыбнулась и бросила взгляд на своего мужа Артура, который в это время на кухне помогал матери нарезать овощи для салата.
Всего полгода назад Надя и Артур расписались и сняли небольшую квартирку в новом микрорайоне, где каждую неделю, пусть всего на полчаса, заезжали к родителям Артура, чтобы сохранить связь с его семьёй. Свекровь Ольга Степановна мало разговаривала и предпочитала заниматься домашними делами.
— Лёгкость с которой ты флиртуешь, удивительна, — заявила Ольга Степановна, укладывая на стол красиво нарезанные закуски. Её голос был мелодичным, но в нем ощущалась настороженность, когда она смотрела на Надю с лёгким недоумением.
Относительно дара флирта Надя не знала, как ответить. Она сама не задумывалась о том, как разговаривать с мужчинами — для неё не было особой разницы между ними и женщинами. Возможно, именно поэтому она могла открыто и свободно общаться с собеседниками. Её манера говорить часто воспринималась окружающими как флирт — кому-то это нравилось, кто-то настороженно относился к её словам, а были и те, кто злился.
Однако, услышав подобный слова от свекрови, Надя растерялась. Ладно бы это были её друзья, но сейчас-то с кем ей флиртовать, разве что со своим мужем? Мысленно она улыбнулась, но тут же вернулась к реальности, полагая, что, может быть, она просто недостаточно понимает как её поведение сказывается на других. Внутренний диалог не давал покоя, а кухонный хлопоты и детские голоса за окном лишь усиливали этот внутренний диссонанс.
Артур был незаурядной личностью. Большинство его сверстников ставили перед собой цель как можно больше заработать денег на машину, квартиру, ну и, конечно же, на шмотки. Артур же все деньги тратил на книги. Его друзья подшучивали:
— Ну посмотри, есть электронные книги, там миллионы произведений! А ты все полки забиваешь бумагой.
Но ему нравилось читать именно бумажные книги, перелистывать страницы, словно это чья-то судьба. Надя не возражала, денег хватало и на квартплату, и на еду, и на одежду. У неё тоже были свои увлечения — она вышивала крестиком, поэтому могла часами вечером после работы сидеть около мужа и вышивать.
Артур наконец-то отвлёкся от приготовления еды. Повар из него был никудышный, но каждый раз, когда они приходили к родителям, он шёл помогать матери. Вот и сейчас уже нарезал рыбу, чтобы Ольга Степановна приготовила пирог. Он подошёл к жене, чмокнул её в щёчку и тихо спросил:
— Как ты это делаешь? У тебя есть уникальные способности привлекать внимание мужчин.
Надя, улыбнувшись, подумала о том, как подружки иногда говорили, что Артур — сухарь, который, кроме книг, ничего не видит. А вот её, свою любимую Надю, он заметил.
— Благодаря этой способности я и привлекла твое внимание к себе, — ответила она. — Я обожаю комплименты.
Кто же их не любит, если, конечно, они сказаны без пошлинки? К сожалению, многие мужчины не могут провести грань между комплиментом от чистого сердца и похотью.
— Я люблю только тебя, — на секунду прижавшись к мужу, произнесла Надя. — Все остальные мужчины — это искорки от твоего костра.
Через полчаса, когда рыбный пирог уже был готов, но ещё стоял на подносе под полотенцем, чтобы, как говорила Ольга Степановна, он настоялся, пришла в гости золовка — старшая сестра Артура. Она уже успела развестись, но это не сломило её.
— Я вышла на охоту, — с улыбкой сказала Ирина, входя в кухню.
Под словом "охота" Надя понимала поиск нового мужчины, поэтому Ирина одевалась броско, чтобы её сразу же было видно издалека: чёрные волосы, декольте, красная помада и красные туфли — почему-то именно на них мужчины обращали особое внимание.
Золовка поздоровалась с родителями, затем со своим братом, и только в самом конце обратила внимание на невестку.
— Вижу, ты не против мужских глаз — это заметно, — с ироничной улыбкой произнесла Ирина, бросив взгляд на Надю. Она, вероятно, обратила внимание на то, как её отец пристально смотрел на невестку.
Да, Игорь Павлович был не молод и женат, но всё же оставался мужчиной. Вольно или нет, его взгляд скользил по спине Нади.
Слова золовки невестка восприняла на свой счёт как комплимент. В конце концов, почему бы ей не привлекать внимание мужчин? Она с ними не заигрывала, не потому что замужем, а потому что знала, насколько это опасно.
Она не понимала одного: если подмигнёт мужчине, у него в голове срабатывает лишь одна команда — действуй. Они воспринимали это по-своему, не как дружеское подмигивание, а как флирт. И тут не важен возраст мужчины, конечно же мы не берём во внимание подростков, а только тех, кто по возрасту равен ей или старше.
Ирина была всего на пару лет старше Нади, однако сама Надя добилась многого в своей жизни. Она стала хорошим художником-модельером одежды, сама любила шить, поэтому сейчас работала в швейной мастерской и мечтала, что рано или поздно откроет собственную студию. Заказы были и немало — её имя ходило среди женщин, которые предпочитали одеваться индивидуально, а таких, оказывается, много.
А вот Ирина работала по стандарту: финансовым экономистом. Работа, как работа — таких сотни тысяч людей, они, конечно же, нужны. Но для Нади это было скучно; как она сама считала, это примитивная работа, в ней нет творчества — лишь цифры и ещё раз цифры.
📖 Слушайте АУДИОкниги (фантастика)
Наконец, Ольга Степановна поставила свой рыбный пирог на стол. Свекор, облизнувшись, взял тарелку из рук невестки. До этого Надя минут десять говорила с Игорем Павловичем. Ей с лёгкостью удалось найти общий язык с ним, да и он тоже умел поддержать разговор. Пару раз Надя ловила на себе взгляды Ирины и Ольги Степановны.
— Нельзя не заметить, что у тебя есть талант находить общий язык с мужчинами. Дар несомненно необычный, — произнёс Игорь Павлович.
Передав тарелку с пирогом, Ирина села около мужа. Свекровь внимательно посмотрела на невестку, затем на мужа, а после на своего сына.
— Твои наряды, конечно, завораживают, но не стоит забывать о приличиях, — произнесла Ольга Степановна, обращаясь непосредственно к Наде.
То, что наряд у неё был великолепен, она и сама знала. Это платье она шила по вечерам, а затем сделала бледно-розовую вышивку на груди.
Повернувшись к своему мужу, Надя тихо спросила его:
— У меня что-то не так? — она имела в виду свою одежду. (продолжение в статье)
— Ты кого в дом привел?! Детдомовка, да еще и с ребенком! – шипела на Антона мать, вытащив сына из гостиной в прихожую.
— Мама, Веру я люблю и женюсь на ней, что бы ты ни говорила! – уверенно, стараясь говорить спокойно, сказал сын Ангелины Федоровны. – А если тебя что-то не устраивает, на нашу свадьбу можешь не приходить!
— На свадьбу?! – всплеснула руками Ангелина Федоровна. – Да как такую невесту родственникам показывать? Они же насмехаться будут лет пять потом еще!
— Мне все равно… — ответил сын.
В тот день Антон привел Веру, чтобы познакомить с мамой. Ангелина Федоровна к встрече подготовилась – испекла пирог и поставила на стол вазу с фруктами. Сын не рассказывал ей, какая его невеста, откуда она и чем занимается, но женщина была уверена, что ее сын выбрал лучшую девушку. К тому же у него так блестели глаза, когда она сказал матери, что придет с Верой. Уж этот блеск в глазах сына Ангелина Федоровна знала хорошо! Он означал, что парень чем-то очень увлекся.
И вот звонок в дверь, а на пороге «бедная овечка», «серая моль» или как там еще называют девушек с «никакой» внешностью! Да еще и одета совсем не модно, и макияж на лице почти совсем отсутствует. Но это еще были только «цветочки», «ягодки» начались, когда Ангелина Федоровна, мысленно уговаривая себя, что первое впечатление обманчиво, усадила сына и гостью за стол.
— Верочка, а где работают ваши родители? – стараясь быть вежливой, спросила она девушку.
— Я их никогда не видела… Выросла в детском доме, — скромно ответила Вера.
— Вам, наверное, тяжело пришлось? – с трудом подбирала слова Ангелина Федоровна.
— Да нет, нормально… Как всем, у кого родители умерли или отказались, — пожала плечами девушка.
— А ваши родители… они, наверное, умерли?
— Нет, мать от меня отказалась в роддоме, а в строке «отец» стоял прочерк, — спокойно отвечала на вопросы матери своего парня Вера.
А дальше – больше. Оказалось, что образование у Веры – девять классов средней школы и курсы продавцов-кассиров, что работает она в магазине, что живет на съемной квартире вместе с двумя подругами.
И уж совсем накрыло Ангелину Федоровну, когда Вера обмолвилась, что у нее есть ребенок.
— Матвею два годика. (продолжение в статье)
В просторной кухне пятиэтажного дома витал аромат запечённой курицы и свежей выпечки.
Мария, женщина в тёплом домашнем платье цвета бордо, в сотый раз проверяла расстановку тарелок на праздничном столе. Её седые волосы, уложенные в аккуратную причёску, поблёскивали в свете люстры, а на лице застыло выражение сосредоточенной заботы.
Часы показывали четыре часа дня, а она уже с семи утра хлопотала по хозяйству, стараясь сделать этот Новый год особенным для каждого гостя.
На белоснежной скатерти красовались её фирменные салаты, украшенные веточками петрушки и дольками помидоров.
В центре стола возвышалось блюдо с золотистой курицей, а рядом теснились вазочки с домашними соленьями, которые она готовила ещё осенью. Гирлянды, развешанные по стенам, отбрасывали мягкие блики на хрустальные бокалы, создавая поистине праздничную атмосферу.
Звонок в дверь раздался ровно в пять, как и было условлено.
На пороге появилась Ирина – холёная женщина лет пятидесяти, в модном бежевом пальто и с идеально уложенными светлыми волосами. За ней следовали её муж Павел и дети-подростки, все такие же подтянутые и безупречно одетые.
— С Новым годом! — приветливо улыбнулась Мария, принимая объёмный пакет с подарками.
Ирина, едва переступив порог, окинула критическим взглядом прихожую. Её тонкие губы, накрашенные матовой помадой, изогнулись в едва заметной усмешке.
— Да, с праздником, — протянула она, снимая пальто. — Всё как всегда, я смотрю. Ты хоть что-нибудь меняешь в интерьере?
Мария почувствовала, как её щёки слегка покраснели, но сохранила доброжелательное выражение лица. Она провела гостей в гостиную, где уже был накрыт стол.
— Проходите, присаживайтесь, — засуетилась хозяйка, расставляя дополнительные приборы.
Ирина, присев за стол, демонстративно поправила салфетку и снова окинула всё вокруг оценивающим взглядом.
— Стол, конечно, не фонтан, но сойдёт, — негромко произнесла она, будто обращаясь к себе, но достаточно громко, чтобы все услышали. — В прошлом году у Светланы было куда более... изысканно. (продолжение в статье)
