-Вот блин, кого это принесло на ночь глядя?! — Лена аккуратно положила полугодовалого малыша в кроватку и отправилась в прихожую, куда уже выскочил старший, трехлетний сын.
В дверном глазке увидела лицо свекрови. Вздохнула и открыла дверь.
-Проходите. — обреченно кивнула она, не собираясь изображать даже минимум радости на лице. — Что случилось? Могли бы просто позвонить — я детей сейчас укладывать буду.
Если честно, то Лена бы с удовольствием послала бы мать почти бывшего мужа, но...пока не время. Нужно потерпеть.
-Ну...Как у вас дела? — пожилая женщина нерешительно потопталась у входа в детскую, не рискнув подойти к кроватки с младшим внуком.
Старший же, получив гостинец от бабушки, тут же потерял к ней интерес, уселся на дива, рассматривая новую игрушку.
-Да ничего с обеда не изменилось. — сухо ответила Лена.
-А покупательница приходила?
-Ну и? — Марию не удивляло поведение невестки, почти уже бывшей.
Ведь они разругались с её сыном, Антоном, в очередной и, вероятно, последний раз уже почти два месяца назад.
Сын уехал в другой город, а Лена подала на развод и алименты на двоих детей.
-Но разве я виновата в том, что у них ничего не получилось? Чего она мне козьи рожи строит-то? — пожаловалась Мария своей подруге, Татьяне. — Разве я сводила и разводила их? Наоборот, радовалась, когда Тоша невесту привел. Внуков из роддома забирала, помогала им, как могла .
-Ничего себе помогала, как могла! — рассердилась подруга. — Да ты, считай, их на своей шее тащила. Даже квартиру им сама купила, хотя могли бы и Ленкины родители поучаствовать. Они-то вдвоём работают, в трехкомнатных хоромах живут, могли бы для дочери с внуками помочь. Так нет... А чЁ такого? Зачем помогать, если есть добрая Маня, которая сама в малосемейке ютится, в долги влезла, но квартиру молодым купила. Хорошо, что хоть ума хватило на себя её оформить.
-Ну так я же, как лучше хотела. А на себя оформила не зря... Сейчас времена-то какие...Скандалят из-за мелочей. Разводятся на раз-два... Вот из-за чего мои разводятся? Лена говорит, что мой сын гуляет. А он мне доказывает, что з.а.б.о.д.а.л.а она своей ревностью. Ну так вот...разводятся. И, если бы квартира была на них, то остался бы мой сын на улице. А я что обязана чужой женщине квартиру дарить?
-Ну... Женщина-то чужая, это так. А вот внуки-то твои, так что..
-Знаешь что... — вспыхнула Мария. — Вот у твоего сына трое детей от разных жен. И что? Ты всем им по квартире купила?
-А мне не на что покупать квартиры. Сама с копейки на копейку перебиваюсь! — легко отбила удар подруга. (продолжение в статье)
— Ты это серьезно сейчас? — голос Тани дрожал от возмущения. Она стояла посреди их общей кухни, сжимая в руке телефон. — Мы договаривались поехать к моим родителям в эти выходные!
Олег устало провел рукой по волосам и отвел взгляд.
— Моя мама приготовила нам обед. Она обидится, если мы не придем.
— Твоя мама! Опять твоя мама! — Таня с силой положила телефон на стол. — Каждый раз одно и то же. Мы уже год не были у моих родителей. Каждый раз находится причина. То твоя мама заболела, то ей одиноко, то она приготовила обед.
— Не начинай, — предупреждающе поднял руку Олег.
— А ты не затыкай меня! — парировала Таня. — Я устала быть на второстепенных ролях в твоей жизни. Пять лет брака, и все эти пять лет я пытаюсь втиснуться между тобой и Галиной Петровной!
— Да что ты несешь? Она просто заботится обо мне. О нас!
— О нас? — Таня горько усмехнулась. — Она заботится только о тебе и о том, чтобы я не заняла в твоей жизни слишком много места. Помнишь, как она «случайно» выбросила мои любимые книги при переезде? Или как она перешила занавески, которые я выбрала для нашей спальни, потому что «так будет лучше»?
Олег закатил глаза:
— Опять ты за старое. Это было сто лет назад. Ты не можешь вечно помнить какие-то занавески.
Таня почувствовала, как внутри что-то оборвалось. Она посмотрела на своего мужа, и вдруг с пронзительной ясностью поняла, что больше не может так жить.
— Знаешь что? — она сказала это тихо, но твердо. — Я ухожу.
— Куда это ты собралась на ночь глядя? — раздраженно спросил Олег.
— Не на ночь глядя. Навсегда.
Два года спустя
Таня торопливо шла с работы, перебирая в голове список продуктов, которые нужно купить. День выдался утомительный — квартальный отчет в строительной компании, где она работала бухгалтером, занял больше времени, чем она рассчитывала. К тому же начался дождь, а зонт она, как назло, забыла дома.
Завернув за угол возле продуктового магазина, она резко затормозила. У входа, нагруженный тяжелыми пакетами, стоял Олег. Он заметно похудел, щеки впали, а под глазами залегли тени. Таня попыталась незаметно проскользнуть мимо, но было поздно — их взгляды встретились.
— Таня? — неуверенно окликнул он.
Она кивнула, прижимая к груди папку с документами, словно щит.
— Привет, Олег.
— Ты... выглядишь хорошо, — неловко сказал он, переминаясь с ноги на ногу.
— Спасибо. Как ты? — вежливый вопрос, который задают при встрече с давними знакомыми. Не более того.
Олег опустил глаза.
— Не очень, если честно.
Что-то в его голосе заставило Таню внимательнее посмотреть на бывшего мужа. Его куртка, когда-то новая и дорогая, теперь выглядела потрепанной. Руки, державшие пакеты, были красными от холода.
— Что-то случилось? — спросила она, уже жалея о своем вопросе. Его проблемы больше не были ее проблемами. Она напомнила себе об этом.
— Да так... всего понемногу, — он невесело усмехнулся. — Меня уволили три месяца назад. Магазин закрылся. А мама... она сломала бедро, представляешь? Теперь почти не встает с постели.
Таня невольно поежилась от порыва холодного ветра. Дождь усиливался.
— Мне жаль это слышать, — искренне сказала она.
— Слушай, Тань... — Олег замялся, явно собираясь с мыслями. — Я знаю, что у нас все кончено, но... мне правда нужна помощь. Мама нашла мне работу через свою подругу — там фермерское хозяйство, нужно помогать с документами. Я пытался сам разобраться, но там какие-то сложные формы, налоги... А ты всегда была в этом специалистом.
Таня молчала, чувствуя, как к горлу подкатывает знакомый комок раздражения. Конечно же. Галина Петровна. Даже прикованная к постели, она продолжала дергать за ниточки.
— Нам правда нужны деньги, — продолжал Олег. — Квартплату не платили уже два месяца, а маме нужны лекарства и процедуры. Я бы не просил, но...
— Я от тебя ушла два года назад, так что ни тебе, ни твоей маме помогать я не буду, — отрезала Таня, чувствуя, как внутри все сжалось от собственных слов. — Прости, мне пора.
Она быстро прошла мимо него, не оглядываясь. Только завернув за угол, она перевела дыхание и прислонилась к стене дома, чувствуя, как по щекам текут то ли капли дождя, то ли слезы.
— Да он совсем обнаглел! — воскликнула Марина, лучшая подруга Тани, когда они встретились тем же вечером в небольшом кафе. — Два года ни слуху ни духу, а теперь просит о помощи?
Таня рассеянно водила ложечкой по чашке.
— Он выглядел действительно плохо, Марин. Я никогда не видела его таким... потерянным.
— И что с того? — Марина наклонилась ближе. — Ты не забыла, как вы расстались? Как он всегда ставил свою мамочку на первое место? Как эта женщина изводила тебя все пять лет брака?
Таня вздохнула. Нет, она не забыла. Как можно забыть тот момент, когда Галина Петровна на семейном ужине назвала ее «неумехой», которая «не способна создать уют в доме»? Или случай с их первой годовщиной свадьбы, когда свекровь без предупреждения заявилась к ним домой с ночевкой, испортив весь романтический вечер? А бесконечные советы о том, как «правильно» вести хозяйство и ублажать ее сыночка?
— Помню, как она пыталась научить тебя готовить борщ «как надо», — фыркнула Марина, словно прочитав мысли подруги. — А потом еще жаловалась Олегу, что ты отвергаешь ее «мудрость и опыт».
— А помнишь, как она перекрасила нашу кухню, пока мы были в отпуске? — невольно улыбнулась Таня. — «Желтый цвет поднимает настроение, а ваш серый — просто тоска!»
Они обе рассмеялись, но смех Тани быстро угас.
— Знаешь, несмотря на все это... мне почему-то не по себе. Я, наверное, злая и бесчувственная.
— Ты? — Марина недоверчиво покачала головой. — Ты самый добрый человек из всех, кого я знаю. Именно поэтому ты столько лет терпела эту токсичную семейку. Но теперь ты свободна, у тебя своя жизнь. (продолжение в статье)