— Когда это я обещала твоей сестре отдать ей свой золотой браслет? Если она мне его не вернёт, Николай, то я на неё заяву напишу, так что пусть ищет его и возвращает! — взорвалась Марина, когда муж попытался защитить свою сестру.
Всё началось три дня назад, когда Лидия приехала к ним на дачу на выходные. Обычная семейная встреча — шашлыки, разговоры до поздней ночи, немного вина. Марина даже обрадовалась, что золовка наконец-то приехала. Они так редко виделись после переезда Лидии в другой город.
В тот вечер Марина надела свой любимый золотой браслет с изумрудными вставками. Подарок от покойной мамы на восемнадцатилетие. Тонкая работа ювелира, изящное плетение, небольшие камни, которые переливались в свете настольной лампы.
— Ох, Маринка, какая красота! — восхитилась Лидия, увидев украшение. — Можно посмотреть поближе?
Марина сняла браслет и протянула золовке. Та долго его рассматривала, поворачивая в руках, примеряла на своё запястье.
— Тебе очень идёт, — улыбнулась Марина. — Мама говорила, что такие вещи передаются по женской линии. Авось и моей дочке когда-нибудь пригодится.
— Конечно, конечно, — быстро согласилась Лидия, возвращая браслет. — Семейные реликвии — это святое.
После ухода гостей Марина, как всегда, убрала украшения в шкатулку. Это был её неизменный ритуал. Браслет лежал на своём месте, в бархатном углублении рядом с другими украшениями.
А вчера утром его там не оказалось.
Марина перевернула всю квартиру. Заглянула в каждый угол, проверила карманы всей одежды, даже вытащила стиральную машину — вдруг браслет случайно попал в бельё. Ничего.
Тогда она решила позвонить Лидии. Просто спросить, не видела ли та, куда Марина могла его положить. Обычный вопрос между родственниками. Никаких подозрений.
— Привет, Лида! Как дела? Хорошо добралась? — начала Марина обычно.
— Маринка, привет! Всё отлично, спасибо, что приняли так тепло, — в голосе Лидии звучала привычная бодрость.
— Слушай, у меня к тебе странный вопрос. Мой золотой браслет, помнишь, я его в субботу показывала? Не видела случайно, куда я его дела? Не могу нигде найти.
Пауза. Слишком долгая для невинного вопроса.
— Браслет? Какой браслет? — переспросила Лидия.
— Ну тот, мамин. С изумрудами. Ты его рассматривала, примеряла.
— А... да, помню. Красивый очень. Но куда ты его дела — не знаю. Может, в ванной оставила? Или на кухне?
— Я везде смотрела. Думала, может, ты заметила что-то... — Марина всё ещё надеялась на простое объяснение.
— Нет, извини, не заметила. Надеюсь, найдёшь. Такая ценная вещь... Ну ладно, мне бежать надо, на работе аврал. Созвонимся!
И Лидия быстро прервала разговор. Слишком быстро.
Марина опустила телефон и поняла — что-то не так. Невиновный человек предложил бы помощь, посочувствовал бы, задал бы уточняющие вопросы. А Лидия поспешила завершить разговор.
Но обвинять родственника в воровстве... Это же абсурд. Лидия работает в хорошей компании, зарабатывает неплохо. Зачем ей воровать?
Марина провела бессонную ночь, прокручивая в голове все возможные варианты. К утру сомнения рассеялись. Браслет взяла Лидия. Других объяснений не было.
Николай вернулся с командировки вечером. Марина встретила его в коридоре с каменным лицом. (продолжение в статье)
– Фая, ну что ты начинаешь? – Сергей устало потёр виски, бросив взгляд на заваленный бумагами кухонный стол. – Никто не спорит, что квартира твоя. Просто мама считает, что раз мы семья, то и делиться надо по-семейному.
Фаина сжала губы, чувствуя, как внутри закипает раздражение. Это после того, как его родственники три года не вспоминали о тёте Лиде, пока та не умерла и не оставила ей, Фаине, свою двухкомнатную квартиру в центре города?
– По-семейному? – переспросила она. – Это когда твоя мама звонит мне посреди ночи и требует, чтобы я «не жадничала»? Или, когда твоя сестра уже прикидывает, как будет сдавать эту квартиру, даже не спросив меня?
Сергей вздохнул, отодвинул стул и сел, словно собираясь с силами для долгого разговора. Его лицо, обычно такое открытое и доброе, сейчас было напряжённым, с тёмными кругами под глазами.
– Они просто переживают, – тихо сказал он. – Мама говорит, что Лида была ей как сестра, а Лена… ну, у неё двое детей, им бы эти деньги не помешали.
Фаина замерла, не веря своим ушам.
– Переживают? – её голос сорвался на повышенный тон. – Серьёзно, Серёж? А где они были, когда я тётю в больницу возила? Когда лекарства на свои деньги покупала, потому что её пенсии не хватало? Где была твоя мама, когда я ночами сидела у Лиды, пока она задыхалась от астмы?
Сергей опустил глаза, и Фаина поняла, что попала в точку. Но вместо облегчения она почувствовала лишь горький осадок. Её муж, человек, которого она любила больше жизни, сейчас смотрел на неё так, будто она – жадная, мелочная склочница, а не женщина, защищающая то, что ей дорого.
Квартира была для Фаины не просто квадратными метрами. Это был дом её детства, куда она приходила к тёте Лиде каждое лето. Старый сервант с потёртой полировкой, запах ванили от её фирменных пирогов, потрёпанные книги на полках – всё это было частью её души. Тётя Лида, младшая сестра её покойной матери, заменила ей семью, когда родителей не стало. Она учила Фаину вязать, рассказывала истории о молодости, смеялась над её первыми влюблённостями. И когда три года назад у Лиды начались проблемы со здоровьем, Фаина, не раздумывая, взяла на себя заботу о ней.
Теперь, стоя в их с Сергеем тесной съёмной однушке, Фаина смотрела на мужа и пыталась понять, как они дошли до этого. Они поженились пять лет назад, и всё казалось идеальным: Сергей с его добродушной улыбкой, их мечты о детях, о своём уютном уголке. Но после смерти тёти Лиды, когда нотариус огласил завещание, всё изменилось.
– Фая, – Сергей попытался взять её за руку, но она отстранилась. – Я же не против тебя. Просто… мама расстроена, Лена тоже. Они считают, что ты могла бы поделиться.
– Поделиться? – Фаина резко повернулась к нему. – Это не торт, Серёжа, чтобы резать на куски! Это квартира, которую тётя оставила мне. Мне, а не твоей маме или сестре. И я не обязана никому ничего объяснять!
Сергей молчал, и в этой тишине Фаина услышала, как тикают старые настенные часы – подарок тёти Лиды на их свадьбу. Она вдруг вспомнила, как тётя, уже слабая, с трудом держащая ложку, говорила ей: «Фая, ты береги эту квартиру. Это твой дом. Твой и твоей семьи». Тогда Фаина подумала, что Лида имеет в виду её будущих детей, а не родственников мужа, которые теперь, как стервятники, кружили над наследством.
– Я поговорю с ними, – наконец сказал Сергей, но в его голосе не было уверенности. – Мама просто… она привыкла, что всё общее. У них в семье так было.
– А у меня в семье, – Фаина сделала акцент на слове «моей», – было по-другому. И тётя Лида знала, почему оставила квартиру мне.
Разговор прервал звонок в дверь. Фаина вздрогнула – она никого не ждала. Сергей поднялся, бросив на неё виноватый взгляд.
– Это, наверное, Лена, – пробормотал он. – Сказала, что заедет обсудить что-то.
– Обсудить? – Фаина почувствовала, как кровь прилила к лицу. – Ты серьёзно? Ты позвал её, даже не предупредив меня?
Не дожидаясь ответа, она прошла в прихожую и распахнула дверь. На пороге стояла Лена, сестра Сергея, с натянутой улыбкой и пакетом яблок в руках. За ней маячила её дочь, шестилетняя Катя, теребящая подол платья.
– Привет, Фая, – Лена шагнула вперёд, словно её и звать не надо было. – Я тут фрукты привезла, подумала, поболтаем.
Фаина сжала кулаки, но заставила себя улыбнуться.
– Заходи, – сказала она, хотя внутри всё кричало: «Убирайся!»
Лена устроилась на кухне, словно у себя дома, поставив пакет с яблоками на стол. Катя тут же схватила одно и принялась грызть, не спрашивая разрешения. Фаина заметила, как Сергей неловко кашлянул, но ничего не сказал.
– Ну, как дела? – Лена посмотрела на Фаину с таким видом, будто они лучшие подруги. – Слышала, ты теперь наследница. Поздравляю!
Фаина напряглась. Она знала этот тон – сладкий, с еле уловимой язвительностью.
– Спасибо, – коротко ответила она, наливая чай, чтобы занять руки. – Это… неожиданно было.
– Да уж, – Лена хмыкнула, откидываясь на спинку стула. – Тётя Лида, конечно, удивила. Мы-то думали, она всё маме оставит. Они же с ней как сёстры были.
Фаина поставила чайник на плиту с чуть большим усилием, чем нужно.
– Как сёстры? – переспросила она, не оборачиваясь. – Странно, Лен. Я что-то не припомню, чтобы твоя мама часто навещала Лиду. Или хотя бы звонила.
Лена замялась, но быстро нашлась:
– Ну, знаешь, у мамы здоровье не то, чтобы по больницам мотаться. А я с детьми, сама понимаешь, не до визитов. (продолжение в статье)
— Никогда бы не подумала, Евгения Максимовна, что вы так меня подставите. Вы все знали, и столько времени молчали! Уходите, нам не о чем больше с вами разговаривать. Ни меня, ни моей дочери теперь для вас не существует!
Георгий был доволен жизнью. Он в свои тридцать пять добился определенных высот.
Он работал в крупной компании, занимал руководящую должность, получал за это большие деньги и в довесок был фа.воритом владелицы фирмы.
Угрызений совести перед законной супругой Георгий не испытывал. Во-первых, Люда ничего не знала, а во-вторых…
Многие ведь так живут! У мужчин полигамность в кр.ови, и ничего нет зазорного в лю.бов.нице, тем более, в такой статусной.
Люда действительно ничего об изменах мужа не подозревала, все время женщины уходило на маленькую дочь и быт.
Когда Георгий поздно возвращался с работы, она, конечно, интересовалась причинами задержки и всегда получала один и тот же ответ:
— Людочка, ты же прекрасно знаешь, где я работаю. График у меня ненормированный, сегодня вот было две встречи с важными клиентами подряд. Это я еще в ресторан не поехал сделку отмечать, сразу домой, сразу к семье!
Люда в такие моменты едва сдерживала слезы: ну какой Гоша у нее молодец! Работает на износ, чтобы они с Танечкой ни в чем не нуждались.
Спит по шесть-семь часов в сутки и в удовольствиях себе ради них отказывает. Если бы Люда только знала, как все обстоит на самом деле.
***
Субботним утром Георгия разбудил телефонный звонок.
Покосившись на крепко спящую супругу, вымотанную ночной истерикой их грудной дочери, мужчина спокойно взял трубку:
— Да, солнышко.
— Гошенька, — промурлыкала Валерия, лю.бов.ница и по совместительству начальница, — просыпайся. У тебя загранпаспорт есть?
— Да, есть. А что случилось?
— Собирайся, через три часа встречаемся в аэропорту. Мы с тобой на выходные летим за границу, хочу немного отдохнуть. (продолжение в статье)
