«Можешь уже писать своё завещание и ложиться в гроб, мамаша, потому что квартиру Свете я не куплю!» — с возмущением ответила Елена, разрывая старые связи и освободившись от манипуляций матери

Отношения с матерью в тот период изменились к лучшему. Женщина относилась к старшей дочери внимательнее, перестала повышать голос и вспоминать «мужа-предателя» к месту и не к месту. Лена была счастлива. Она жалела мать, но в глубине души скучала по отцу, которого мама когда-то выгнала из дома.

— Твои рисунки никаких денег не приносят! — кричала она в тот последний вечер. — Мне дочь кормить и одевать нужно, а ты только и делаешь, что просиживаешь берет, марая холст. Уходи, если не можешь быть нормальным мужем и отцом!

И он ушёл, на прощание поцеловав дочь и пообещав не забывать её. Он присылал алименты, передавал подарки на праздники, просил бывшую жену давать им видеться. Но та, узнав, что он стал зарабатывать и снова женился, восприняла его просьбы в штыки и отказала наотрез.

А потом родилась Света, и всё пошло наперекосяк. Мать раздражал детский плач, она ненавидела запах детской смеси и укропной воды. Недосып негативно сказывался на её цвете лица и характере. Леночка сама проявила инициативу, пожалела мать. Но та быстро разглядела в этом выгоду и стала активно приобщать дочь к «материнству».

Поначалу Лена была не против, пока всё это не превратилось в обязанность, в тяжёлую работу. Она больше не могла выйти погулять или заняться уроками, когда хотела. Не могла попросить купить ей что-то новое — все деньги тратились на маму и Светочку. Старшая дочь стала в доме кем-то вроде прислуги и веры в флаконе.

Зато мама расцвела. Она пропадала вне дома, выглядела всегда празднично, благоухала дорогими духами и возвращалась поздно, неизменно с букетами цветов.

Елена устала от такой жизни. Она стала плаксивой, сбился режим, оценки в школе не радовали. Зато Света была любимицей мамы, её она баловала безмерно. В четырнадцать лет терпение девочки закончилось. Она пожаловалась отцу, и тот предложил переехать к нему. Это было её спасением.

У отца всё оказалось иначе. Никто не стелил ей на кухне — у неё была личная комната, в которую прежде чем войти, всегда стучались. Жена папы, Наталья Викторовна, приняла её очень тепло, называла дочкой и баловала подарками и вниманием.

Мать даже не звонила. Она была обижена на дочь, и таким образом выражала свой протест. Лена тоже не делала первый шаг. Она боялась дать слабину: мама тут же воспользуется и вернёт её обратно.

Школу Лена окончила не с отличием, но достаточно неплохо, чтобы поступить в колледж. Папа помог ей с учёбой и квартирой, а его жена регулярно навещала и привозила подарки и продукты. Колледж девушка окончила хорошо, в отличие от школы. Потом был университет, практика в приличной компании, первые самостоятельные шаги во взрослой жизни.