— Ну что, Славик, теперь будем решать, как с этой квартирой поступать, — Елена Макаровна даже не поздоровалась, когда вошла в прихожую.
Аня замерла у двери спальни, сжимая в руках папку с документами. Она только что вернулась из регистрационной палаты, где получила свидетельство о собственности. Восемь лет. Восемь лет она откладывала каждую копейку, отказывала себе в новой одежде, не ездила в отпуск, экономила на обедах. И вот теперь, в тридцать два года, у неё наконец-то появилась своя квартира. Пусть однокомнатная, пусть маленькая, но своя.
— Мама, ты бы хоть позвонила перед приходом, — Славик неловко переминался в коридоре.
— Зачем звонить? Я что, чужая? — свекровь прошла на кухню, сняла пальто и повесила его на спинку стула. — Садись, Славочка, поговорим по-взрослому.
Аня медленно вышла из спальни. Сердце колотилось где-то в горле. Она знала свою свекровь уже семь лет и прекрасно понимала, что просто так Елена Макаровна никогда не приходит. Всегда есть повод. Всегда есть цель.
— Здравствуйте, Елена Макаровна, — она попыталась улыбнуться.
— Здравствуй, — свекровь окинула её холодным взглядом. — Слышала, квартиру купила. Поздравляю.
— Так вот, — Елена Макаровна повернулась к сыну, — я тут подумала. У вас теперь две квартиры получается. Эта, где вы живёте, и новая Анина. Можно было бы одну сдавать, деньги семье идут. Или я могу переехать в новую, а вы моей распорядитесь как хотите. Она хоть и старая, но в центре почти.
Аня почувствовала, как по спине поползли мурашки. Она посмотрела на Славика, ожидая, что он скажет что-то, но муж молчал, изучая рисунок на линолеуме.
— Елена Макаровна, это моя квартира, — Аня старалась говорить спокойно. — Я на неё восемь лет копила.
— Ну и что? — свекровь повернулась к ней. — Ты же в нашей квартире живёшь. В Славиной. Коммунальные платишь?
— Плачу. Наравне со Славиком.
— А холодильник кто покупал? Телевизор? Стиральную машину?
— Славик покупал, но...
— Вот-вот, — Елена Макаровна победно кивнула. — Значит, не совсем уж ты всё сама. Помощь была. А теперь, когда появилась возможность семье помочь, ты нос воротишь?
Аня сглотнула. Она чувствовала, как внутри поднимается волна возмущения, но сдерживалась изо всех сил.
— Я не ворочу нос. Просто это моя квартира, на которую я копила из своей зарплаты. Каждый месяц я откладывала деньги, отказывала себе во всём.
— Славик тебе не помогал деньгами? — свекровь прищурилась.
— Нет, — Аня посмотрела на мужа. — Не помогал.
Славик дёрнул плечом и отвернулся к окну.
— Как это не помогал? — Елена Макаровна повысила голос. — Он же тебя содержит! Ты в его квартире живёшь!
— Я не содержанка, Елена Макаровна. Я работаю менеджером по закупкам. Получаю нормальную зарплату. Покупаю продукты, плачу за интернет, за свет, за воду. Половину всех расходов беру на себя.
— Но квартира-то Славина!
— Которую он получил от бабушки по наследству, — Аня почувствовала, что больше не может сдерживаться. — Не вы ему её покупали. А с чего вы решили, что я своей квартирой с вами буду делиться?
Елена Макаровна вскочила со стула. Лицо её покрылось красными пятнами.
— Как ты смеешь так со мной разговаривать? Я мать его! И вообще я думала, ты человек благодарный. А ты, оказывается, какая! Купила квартиру и сразу зазналась!
— Мам, успокойся, — Славик наконец-то подал голос.
— Не успокоюсь! — свекровь схватила пальто. — Я всё поняла. Живите как знаете. Только запомни, Аня, — она ткнула пальцем в её сторону, — добром это не кончится!
Входная дверь захлопнулась так, что задребезжали стёкла в серванте.
Повисла тишина. Славик стоял у окна, засунув руки в карманы. Аня смотрела на закрытую дверь и чувствовала, как дрожат руки.
— Ты мог бы меня поддержать, — тихо сказала она.
— А что я должен был сказать? — Славик обернулся. — Это же моя мать.
— И что? Она требует, чтобы я отдала ей свою квартиру!
— Она не требует. Она предлагает.
— Славик, ты серьёзно? — Аня подошла ближе. — Она хочет, чтобы я отдала ей квартиру или сдавала её и отдавала деньги. Это нормально, по-твоему?
Муж отвернулся снова.
— Не знаю. Может, она права. У нас действительно две квартиры получается.
— У нас? — Аня почувствовала, как холодеет внутри. — Это не «у нас». Это моя квартира. Я на неё копила. Ты ни разу не дал мне ни копейки на эту цель.
— Я тебе холодильник купил!
— Который стоит в твоей квартире! Всё, что ты покупал, осталось здесь. У тебя. А я восемь лет копила на своё. И теперь, когда у меня наконец-то есть что-то своё, ты хочешь, чтобы я это отдала?
Славик промолчал. Он ушёл в комнату и включил телевизор.
Аня осталась стоять на кухне. Она смотрела на папку с документами, которая лежала на столе, и понимала, что это только начало. Елена Макаровна просто так не отступит. Она никогда не отступала. (продолжение в статье)
Тяжелый противень с уткой обжигал руки даже через толстую прихватку, но никто из сидящих за столом не пошевелился. Все завороженно смотрели в рот отцу. Елена с глухим стуком опустила горячее блюдо на край скатерти. Поясница после пяти часов у плиты нещадно ныла, а к горлу подступал горький ком. Этот ком она глотала десять лет — с тех пор, как у отца случился микроинсульт, и семья решила, что платить по счетам будет она, «сильная и умная», а Виталик, «ранимый и тонкий», просто не вынесет такой нагрузки. Она боялась, что без её денег родителям будет не выжить, и эта мысль держала её в рабстве куда крепче любых слов.
Но вместо «спасибо» она услышала звон стекла. Отец, даже не взглянув на дочь, торжественно поднял рюмку:
— Предлагаю выпить за Виталика! За настоящего хозяина, нашу единственную опору и надежду!
Сама «опора» в этот момент вальяжно сидела в новой рубашке, купленной на деньги сестры, и ждал, когда ему положат добавки. (продолжение в статье)
— Сынок, прошу тебя, выбирай себе невесту с натуральной красотой. А то знаю я, как они сейчас из себя "конфеток" делают.
— Ма, чего это ты речь о невестах завела? Я учусь, мне не до невест сейчас.
— И это правильно. Сначала учёба, потом работа, и только потом семья. Знаешь, я передачу посмотрела сегодня, так там парень женился на красотке, всё хорошо было. Пока она не родила ребёнка.
Он оказался очень некрасивым, не похожим на родителей. Потом она рожает ещё одного, такой же родился, как и тот. Муж не мог понять, как у красивых родителей могли появиться такие дети.
Как-то в гостях у родителей жены он увидел её фото в детстве и всё понял. Она была очень некрасивая, и когда стало можно — сделали родители ей пластические операции, и стала она красоткой. Но гены не обмануть, дети унаследовали её внешность. Муж расстался с ней, из-за обмана.
— Мам, ты это к чему мне рассказала? Кстати, я читал об этом, где-то в Китае или Корее эта история приключилась.
— К тому, сынок, что надо изучить внимательно генетику будущей жены. Чтобы дети были красивыми и здоровыми. И гляди, с огромными губами, наколками, пирсингом, не приводи даже..
Андрей устал уже слушать от мамы советы по поводу невест. Она подбирала под себя, чтобы ей нравилась в первую очередь. Его это смешило и забавляло. До поры, до времени. (продолжение в статье)